VOX POPULI Лолита Канафина 6 февраля, 2020 09:00

«Мы, казактар, богаты ресурсами и работать не хотим»: Мирас Биопакетович о кукурузе вместо пластика и нетипичном казахском бизнесе

«Мы, казактар, богаты ресурсами и работать не хотим»: Мирас Биопакетович о кукурузе вместо пластика и нетипичном казахском бизнесе
Фото: Айтжан Мурзанов
Животные с распоротыми желудками, из которых выглядывают килограммы пластиковых пакетов, отчеты заморских организаций о токсичности человеческого бытия… Глобальные экопроблемы проходят мимо нашего суверенного государства. Действительно, какие киты в мировом океане, когда в стране царит вечный кризис, а в госструктурах — броуновское движение? Но Vox Populi настаивает на разговоре об экологии, а именно — о том, какой может быть альтернатива полиэтиленовому пакету.

Бизнес по-казахски — сдавать недвижимость в аренду


Мирас Аббасов
Мирас Аббасов

Мирас Биопакетович — так представляется социальный предприниматель Мирас Аббасов — первый, кто привез в Казахстан технологию производства биоразлагаемых пакетов. Казахстанские ритейлеры практически не прибегают к использованию биоразлагаемых пакетов, а жаль. Такие пакеты окончательно разлагаются до углерода, поскольку изготовлены из стопроцентно растительного сырья, и имеют свой срок годности, но при этом они не требуют ни переработки, ни утилизации.

С Мирасом мы встретились в столице, точнее, за ее пределами — в поселке, где находится завод по производству биопакетов. Предприятий, аналогичных этому, в мире насчитывается не более 150, на территории СНГ они есть еще в Беларуси и в Украине. В Казахстане предприятие — единственное.

— Недавно мы вышли на миллион изделий в месяц, а 3–4 года назад это было пределом мечтаний. Вначале все нас вроде бы поддерживали, но продажи не шли. Наверное, забота об окружающей среде была несколько экзотическим явлением. А сейчас это тренд: атмосфера, мировой океан, Грета... Все начали обращать на это внимание, — рассказывает Мирас.

— Первое время в семье меня не понимали, но, как заведено, если один человек заболел идеей, то это заразно. Поскольку по профессии я хирург, вся семья дружно отправляла меня работать в поликлинику. И только когда доллар начал скакать, мы совместно решили продать квартиру для первоначального капитала. Я тогда поехал в Китай, купил оборудование. Первое сырье заказал там же. Привез сюда. По контракту китайцы должны были отправить вместе с оборудованием инженера, который бы обучил нас. Инженер визу не получил, и 2–3 месяца мое производство простояло, а аренду платить надо было. Трудностей было предостаточно, но пройти их было нужно. Поскольку мой проект был изначально социальным, здесь сработало только сарафанное радио, больше мы его никак не продвигали. Не было стратегии, бюджетов. Сейчас всё поменялось, семья активно вовлечена в процесс.


Увеличивать ВВП, развивая ремесленничество

— К сожалению, в нашей столице нет инфраструктуры, чтобы развивать ремесленничество или производство: все помещения не рассчитаны по техническим показателям, и цена аренды высокая. Купить недвижимость и сдавать ее — вот настоящий казахский бизнес. Уровнем пониже находятся депозиты. У нас любят и сетевые организации: быстро обогатиться самому и обанкротить всех родственников. По-другому не хотят. А ВВП страны можно увеличивать, развивая ремесленничество. Мы, казактар, любим говорить, что ресурсов у нас много, земли много, Аллах нас любит, а мы лучше наймем гастарбайтера, вот пусть он и поработает.

Поскольку я социальный предприниматель, работаю с разными группами: инвалидами третьей группы, многодетными, выходцами из детских домов, пенсионерами. К работе над проектом по производству биопакетов привлекаю по большей части глухонемых, инвалидов третьей группы.

В нашей среде их любят называть людьми с ограниченными возможностями, но они не ограничены. Это мы их ограничиваем. Их с детства загоняют в интернаты — никакой социальной адаптации, а на производства не берут из-за техники безопасности.

Знаете, случается и так, что сотрудники, которых мы обучили, впоследствии открывают свое дело, а мы потом помогаем им со сбытом. К примеру, года два назад обычный парень, который просто не слышит и не разговаривает, не знал, куда податься, и уж тем более не думал о предпринимательской деятельности.


Что такое биоразлагаемые пакеты?

— Из Алматы в Астану я переехал в 2002 году, — продолжает Мирас. — Я тогда увидел летающие по всему городу пакеты, и меня это побудило размышлять. В то время начали уже говорить о тихоокеанском пятне, где весь пластик собирается. Я тогда занимался одеждой на вес, у нас был склад на Лесозаводе (район в Нур-Султане — прим. ред.). Люди покупали одежду, а нуждающихся мы одевали. Так я проработал до 2009 года, пока не открылись торговые центры с магазинами масс-маркета. О биоразлагаемых пакетах я думал всю жизнь. В то время появился оксополиэтилен (добавка, ускоряющая распад материала на мелкие частицы того же пластика — прим. ред.), от которого в Европе уже отказались, но вскоре появилась и новая технология.


Биоразлагаемый пакет — это экопродукт, изготовленный из биополимера. В составе — растительные сахара, которые впоследствии растворяются.

Биополимеры могут заменить пластмассу, а разные формулы и пропорции определяют срок годности такого пластика. Биополимеры не нуждаются в специализированном предприятии, которое бы сортировало и перерабатывало мусор, требовало бы дополнительных расходов на электроэнергию, создавало выбросы. Сырье, из которого производятся биопакеты, дороже, чем полиэтилен (обычный полиэтилен стоит 600 тенге за килограмм,  крахмальный — 2 500–3 000 тенге).

Есть три способа разложения биополимеров:

1. Механический: для микроорганизмов такие пакеты являются пищей.

2. Химический: вместе с органическими отходами на полигоне за счет брожения выделяются разные энзимы, которые растворяют пакет.

3. Физический: солнце, воздух и вода. Чем теплее и влажнее среда, тем быстрее разлагается пакет.


Цикл биопакета

— Первый этап — экструзия. В экструдер мы засыпаем сырье в форме гранул. Само сырье — это кукурузные отходы: выращивают кукурузу как продукт питания, от нее остаются листва, початок, стебель, всё это перерабатывается, а затем создается биополимер. Мы используем готовый сертифицированный материал — его дешевле привезти из Испании, нежели производить в Казахстане. То сырье, которое используем мы, имеет сертификат OK Compost Home, это означает, что все ингредиенты натуральные, и поэтому они разлагаются. В Европе это самый современный сертификат.

— Разогреваются 5 тепловых зон: из сырья получаем горячую пластичную массу, похожую на жареный сахар или стекло. Затем она раздувается, при раздуве остывает, и получается пленка.

Почему его называют полимером XXI века? Потому что он устойчив, и решается вопрос с отходами и переработкой.

— За счет перепада температуры получается пластичная масса.

Пленка наматывается, оператор оборудования ее подхватывает, вверху есть механизм, который ее вытягивает.

— Второй этап — нанесение принта, логотипа компании. Проверить, имеет ли пленка органические включения, или же она полностью синтетическая, можно, положив ее в микроволновую печь. При нагревании полиэтилен не претерпевает почти никаких изменений, но может появиться запах химии, или он местами поплывет. Биоразлагаемый пакет из растительного сырья на 10–15-й секунде начнет источать запах попкорна. Пакет тает и превращается в жареный сахар.

— Это пакетоделательная машина, которая формирует складки. Здесь используется принцип разматывания. Машина подогревает складки, делает спайки и склеивает их, а дальше подтягивает и подгоняет по размеру.

— Третий этап — нарезка, а конечный — контроль качества. Мы проверяем упаковку, этикетку, на которой должны быть информация о производителе, состав, дата изготовления. Что касается выбросов в атмосферу, то конкретно у нашего производства их нет, потому что биопакеты — на натуральном крахмале.

Утилизируются такие пакеты обычным бытовым компостированием (способ обезвреживания бытовых, сельскохозяйственных и некоторых промышленных твердых отбросов, основанный на разложении органических веществ микроорганизмами — прим. ред.).

Если создать нейтральные условия (комнатная температура, отсутствие источника тепла и влажности, прямых солнечных лучей), то пакет может храниться до года, не теряя своих свойств. А если рядом батарея, влажность, процесс деградации происходит быстрее. Когда наш пакет попадает на мусорный полигон, он разлагается в течение трех месяцев. Даже если пакет сверху засыпает другой мусор, и нет попадания прямых солнечных лучей, кислорода, он всё равно разлагается.


Почему биоразлагаемые пакеты за рубежом востребованы больше, чем у нас?

— Мы работаем по модели B2B и B2C. 90% продукции мы экспортируем в соседние страны (в Россию, Грузию, Узбекистан, Кыргызстан), потому как большого спроса в Казахстане нет. Даже с учетом логистики тем же россиянам выгоднее приобретать пакеты у нас. Это можно объяснить, наверное, большей готовностью населения в тех странах к подобным нововведениям. У нас же кассирше предъявят за платный пакет, хотя это вовсе не ее прерогатива — устанавливать стоимость пакетов.

Но бывает, что обращаются и местные клиенты — нас поддержали несколько казахстанских супермаркетов. Остальные, если им это экономически нецелесообразно, не покупают.

Заказывают и физические лица, малые бизнесы. Например, те, кто занимается органическим питанием. Или те, у кого имеется свое фермерское хозяйство — они трепетно относятся к утилизации пластика.


Какие еще существуют альтернативы полиэтилену

— Раньше, когда я ходил в какой-нибудь Magnum и видел, как бездумно люди гребут сонмы пакетов, кладут один в другой, у меня сердце кровью обливалось. Проблема в том, что полиэтилен, который мы видим на кассах — это уже вторично переработанный продукт. Еще раз перерабатывать его невыгодно, он просто-напросто теряет свои свойства. Покупатель, как правило, отдает предпочтение дешевому, а то и бесплатному полиэтиленовому пакету, — рассказывает Мирас. — Самая лучшая альтернатива — авоськи, тряпичные сумки. Они хороши тем, что многоразовые. С ними, как правило, ходят только женщины. Меня с такими сумками привыкли видеть, а попробуйте мужчине сказать: «Поди-ка в магазин сходи с тряпичным пакетом», — разве он пойдет? Отчего-то молодые девушки задумываются, а мужчины — нет. Это наши личные наблюдения.

Другой вариант — бумажный пакет. Но здесь есть несколько нюансов. Так, для производства белой бумаги (офисной бумаги, пакетов, салфеток, туалетной бумаги) используется первичная целлюлоза. Целлюлозные фабрики засоряют водоемы, подземные воды, для ее получения вырубают леса. Для бумажного производства есть критерий: чем темнее цвет пакета, тем он экологичнее — бумага должна быть крафтовой, только так ее можно перерабатывать несколько раз. А если мы потребляем первичную белую бумагу, то нужно это как-то компенсировать.


Странно, что мы кладем пирожок в микроволновку вместе с пакетом

По словам министра экологии Магзума Мирзагалиева, ежегодно в Казахстане формируется более 5 миллионов тонн ТБО, из них 10–15% — пластмассы. Заводов по переработке пластика в нашей стране всего два, а пластика — всё больше. Отсутствие в законодательной системе строгих штрафных санкций, неналаженная система сбора, а также низкий уровень взаимодействия государства с предпринимателями тормозят развитие перерабатывающих пластик предприятий в Казахстане.

При контакте с пищевыми продуктами и водой полиэтилен выделяет молекулы таких веществ, как бисфенол А. Их можно обнаружить в крови, они аккумулируются в организме, но сразу симптомов не дают.


В 2010 году ВОЗ опубликовала отчет, в котором описывается пагубное воздействие бисфенола А на организм. В ходе нескольких исследований выяснилось, что существует взаимосвязь между наличием вещества в крови и появлением у крыс предраковых изменений молочных желез и простаты, сексуальных расстройств, изменения качества спермы и тревожности.


— В нашем законодательстве еще нет понятия «биоразлагаемый», не регулируется состав такого пакета, на что и как он утилизируется и какой при этом наносится вред. Нет стандартов и лабораторий. Ни в России, ни у нас не требуется производить биоразлагаемые пакеты. Мы совсем недавно приступили к раздельному сбору. Меморандум, пока ни к чему не обязывающий, заключили. Конечно, сразу запретить всё невозможно, поэтому будем идти планомерно, до 2025 года. Полиэтилен — синтетическое вещество. В природе нет ни ферментов, ни веществ, которые бы его перерабатывали. То есть он превращается в молекулы, которым в жизненном цикле нет места. А мы покупаем пирожок, и вместе с пакетом кладем его в микроволновую печь. В это время столько выделяется канцерогенов! Почему мы не знаем об этом?

Создаются социальные ролики, куда привлекают вайнеров. А глядя на этого вайнера, думается, что до съемок он никогда не брал в руки экосумку. Но, тем не менее, нужно признать, что эффект от этого есть.

В школах придумали экохэштег, который в итоге стали использовать только завучи и классные руководители. Дети, в конце концов, выходят из школы, покупают чипсы, колу, а затем выбрасывают на пол этот пакет, который отправится на полигон, а там будет разлагаться 400–500 лет.

— Здесь надо иначе подойти. У нас все люди патриоты, но они не знают, как проявить свой патриотизм. Всё сводится к тому, чтобы в соцсетях проявить свою патриотичность комментариями. Нужно с детства закладывать детям ответственность перед природой. У нас ведь есть ответственность перед родителями, обществом, собой, на работе. А вот перед планетой — нет, — говорит Мирас.


На сегодняшний день прорабатывается вопрос о запрете использования пластиковых пакетов. Министерство экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана появилось в стране лишь летом прошлого года, и спрашивать с него что-либо кажется абсурдным. И пока новоиспеченное ведомство разрабатывает свой план, каждый житель страны может сделать одну полезную вещь — сократить количество потребляемого пластика.

Поделись
Лолита Канафина
Материалы по теме