VOX POPULI Лолита Канафина 12 декабря, 2019 07:00

Как вам, казашкам, не стыдно быть феминистками?

Как вам, казашкам, не стыдно быть феминистками?
Фото: Дина Джулаева
В Казахстане бывает много смешных новостей. Но случаются особенно смешные. Недавно в Алматы прошло шествие феминисток, в котором приняли участие 6 человек. Шесть. В почти двухмилионном городе. Но здесь от смешного до грустного — всего один шаг.

Первую заявку на проведение мероприятия феминистки подали 13 февраля 2019 года, так как планировали это мероприятие на 8 марта. Акимат отказал и в последствии отказывал еще несколько раз, а потом разрешил, но с условием, что на акцию придет не больше 50 человек.

Абсурдность этой ситуации прекрасно иллюстрирует отношение к феминизму в нашем обществе. Оно колеблется в диапазоне от опаски и недоверия до открытой неприязни. Vox Populi пытается разобраться, есть ли конкретные факторы, которые влияют на негативное восприятие феминизма в нашей стране. На вопросы, которые возникают именно на фоне этого — негативного — восприятия, отвечают активистки казахстанского фем-движения.

РЕАЛЬНОСТЬ: Феминизм, противостоящий «ладной», «стройной» патриархальной системе, отождествляется с чем-то инородным и чуждым, пришедшим с Запада. На этом фоне любое заявление феминисток — даже самое невинное — выглядит резко, напористо и категорично. А акции, подобные тем, что были направлены на дестигматизацию менструации, у большинства людей вызывают лишь недоумение. Видимого результата мы не наблюдаем, а отношение к феминисткам становится еще более критическим.

ВОПРОС: Почему вы, феминистки, такие радикальные?


Фариза Оспан
Фариза Оспан

Фариза Оспан

гражданская активистка, феминистка

— Все эти акции, пикеты – не радикальность, а лишь требование соблюдения наших прав. Если ждать, когда общество будет готово к нововведениям, можно никогда не дождаться. Акции и существуют для того, чтобы привлечь внимание, чтобы люди остановились и увидели. Эпатажность — отличный метод. Нас часто обвиняют в агрессивности и злости, но злость — это нормально. Особенно, когда долгое время женщину подавляли и советовали ей помалкивать. Когда ты привыкла скрывать протестные эмоции, трудно вдруг взять и постоять за себя, зато легко проглотить любую обиду — нас этому учат с детства. А вот защищаться, к сожалению, женщин не учат. Поэтому акциям лучше быть громкими, чтобы это доходило до самых глубин страны.


Ада Алимбетова
Ада Алимбетова

Ада Алимбетова

участница движения «КазФем», одна из организаторок первого санкционированного митинга в защиту прав женщин, активистка

— В интернет-пространстве много шутят о грязных и страшных феминистках, которые ненавидят мужчин. И все забывают о том, что феминизм не про мужчин, а про женщин. Почему многие высказывания звучат радикально? Потому что для нас это и есть радикально. Невозможно добиться прав, выпрашивая на коленях: «Дайте мне, пожалуйста, право не рожать». Когда мы хотим получить какие-то права, мы должны быть жесткими и требовать.

РЕАЛЬНОСТЬ: Система отношений «мужчина — женщина» формально выглядит, как вполне себе гендерно сбалансированная. У женщин есть право на работу, право голосовать, право иметь свой счет в банке и занимать «мужские» должности. Зарабатывая, женщина вполне способна прокормить не только себя. Вот и льготные кредиты женщинам собираются давать под меньшую процентную ставку — уважили. Женщины у нас есть даже в министерствах — и вот, пожалуйста, Дарига Нурсултановна, назначенная спикером сената.

ВОПРОС: Чего вам, женщинам, не хватает?


Айгерим Тлеубаева
Айгерим Тлеубаева

Айгерим Тлеубаева

феминистка, работает в СМИ

— Если брать во внимание представленность женщин в политике Казахстана, то ссылаться на одного спикера и нескольких вице-министров — позиция плохая. Лучше так: у нас нет ни одной женщины — акима области. А из министров — только одна женщина, Актоты Раимкулова, глава Министерства культуры и спорта. То, что в казахстанской политике много женщин — миф. Много женщин-исполнительниц. Чего мне не хватает лично? Защищенности. Я пережила и сексуальное насилие, и физическое, и считаю, что этого всего могло бы не быть, будь в обществе больше женщин у власти.

РЕАЛЬНОСТЬ: Медиа привносят свою лепту в формирование образа феминисток, изображая фем-движение как не очень убедительную идеологию. Что ни день, на главных страницах в СМИ появляются заголовки о бытовом и сексуальном насилии. Но это — капля в море: далеко не все случаи предаются огласке. А если в деле не фигурируют несовершеннолетние или люди из других уязвимых групп, вряд ли случившееся обретет нужный резонанс. Несмотря на то, что на сегодняшний день образовательных материалов, авторских колонок в защиту женщин, интервью с представительницами фем-движения стало больше, причастность медиа к проблеме всё равно остается малоощутимой.

ВОПРОС: Зачем пропагандировать феминистские идеи в медиа, если толку от этого мало?

Ада:

— СМИ стараются освещать фем-темы, но больше не потому, что по-настоящему интересуются гендерными вопросами, а с целью набрать побольше просмотров, что вполне логично: они ведь этим зарабатывают. Однако такой подход мало помогает.

Ежегодно в Казахстане проходит фестиваль FemAgora, он — образовательный. На фестивале выступают спикеры из области политики, социологии, гендерных исследований: они ничего провокационного или радикального не транслируют. И широкие слои ничего об этом не знают. Для СМИ это неинтересно — поэтому они это блюдо не готовят и не скармливают публике.

Айгерим:

— Я вижу растущий интерес к феминизму. Феминисток всё реже изображают пожирательницами младенцев, больше интересуются самой философией феминизма. Только за последние два года появилось несколько ресурсов, которые полностью посвящены правам женщин. Или взять, к примеру, Forbes Kazakhstan, где я работаю. Здесь регулярно выходят статьи о гендерном неравенстве. Возможно, недостаточная коммуникация складывается потому, что феминизм — не партия. Мы не имеем штаб-квартиры с отделом по связям с общественностью. Для меня феминизм — это моя идеология и политическая позиция. При этом я расхожусь во взглядах со многими феминистками Казахстана, и это нормально.

Фариза:

— Вспомните ситуацию с телеканалом HitTV. Самая уязвимая казахоязычная молодежь — та, у которой очень мало доступной информации на казахском языке — получает сигнал: «Бить женщину нормально! А мы будем аплодировать мудрой девушке, которая признаёт, что виновата сама. Мы так любим романтизировать насилие, мы шутим по этому поводу». Но с такой статистикой, когда в Казахстане от бытового насилия ежегодно умирают 400 женщин, разве можно шутить? У нас есть и театральные постановки, где в шутку женщина демонстрирует выбитый мужем зуб за то, что она ему в лицо осмелилась выразить свое недовольство по поводу токал. А зал рукоплещет. Когда СМИ будут больше говорить о женских правах именно в разрезе прав, это станет очень хорошим подспорьем как для борьбы с насилием, так и для гражданских активистов.

РЕАЛЬНОСТЬ: При всём желании стать приверженцами либеральных ценностей мы в действительности боимся менять устоявшееся мировоззрение. Женщинам Казахстана не хочется выходить из привычной зоны комфорта, ведь очень удобно возложить на мужчин часть ответственности за собственную жизнь.

Недавно блогер и актриса Жания Джуринская — дама самодостаточная во всех отношениях, за которой следят 1,4 миллиона человек, — в своем Instagram-аккаунте сделала публикацию, где рассказала о роли женщины, стоящей ступенью ниже мужчины.

«У каждого свое место. Всё! Равенство полов — бред. У меня язык не повернется моим пятерым мужчинам (папа, дедушка, 3 дяди) сказать про гендерное равенство, я им лучше чай налью», — пишет Жания.

Позже этот пост она удалила, так и не ответив ни на один комментарий.

ВОПРОС: Может быть, женщинам следует прекратить эту смуту и продолжать наливать чай?

Фариза:

— Такой аудитории, как у Жании Джуринской, нет ни у одной феминистской группы. Для многих Жания — пример, но она безответственно пользуется своим влиянием на аудиторию. Может, мужчины действительно всю жизнь окружают ее заботой, но ведь не каждой женщине довелось пережить аналогичный опыт.

Почему бы ей не задуматься о том, что кто-то претерпела насилие со стороны мужчины, или росла в семье, где отец избивал мать? Ей было бы неплохо продемонстрировать солидарность с женским населением Казахстана, а не говорить за всех, что стране не нужно гендерное равенство?

Было бы здорово понять, почему она это написала, почему не стала защищать свое мнение, а сразу удалила пост. Блогерам часто заказывают материалы в преддверии каких-то событий, а этот пост вышел прямо перед митингом «КазФем». Совпадение?

РЕАЛЬНОСТЬ: Борьба за свои права в реалиях, где традиции складывались веками, усложняется тем обстоятельством, что в большинстве своем женщины сознательно избегают своих прав, сознательно следуют стигматизированным нормам. Да и стоит ли бороться с отлаженной системой, когда даже в алматинских вузах есть такие предметы, как «Қазақ Аруы» («Казахская леди»)?

Ректор КазГосЖенПУ (ЖенПИ) Гаухар Алдамбергенова в своем интервью объясняет, каковы цели этого курса: «Воспитание девушки — это задача всего общества. Сегодняшние казахские девушки завтра будут верны мужьям, детям — надежные матери». А преподаватель предмета Сараш Конырбаева конкретизирует: «Какой сегодня казахская девушка должна быть, я тоже говорю. Что такое ценности, я рассказываю. Что такое невинность. Что ее надо сохранять до брака. Нельзя до брака в связи вступать. Держите себя в чистоте. Будьте девушками, знающими себе цену. Ставьте высокие цели!» — призывает она молодых девушек.

ВОПРОС: Как вам, казашкам, не стыдно перечить старшему поколению?

Фариза:

— В ЖенПИ есть предмет «Казахская леди», обучающий тому, как правильно наливать чай и сервировать стол, какой должна быть казахская женщина, тому, что две ее главные функции — обслуживающая и детородная. Разумеется, ни о каком феминизме и речи быть не может. До тех пор, пока в университетах будут преподаваться такие предметы, о каких правах можно говорить?

РЕАЛЬНОСТЬ: Еще одной возможной причиной неприятия феминизма в Казахстане может быть и то, что довольно часто феминизм соотносят с защитой прав ЛГБТ-сообщества. С одной стороны, это логично, потому что и фем-, и ЛГБТ-сообщества одинаково серьезно подвергаются дискриминации и противостоят дискриминационной политике. С другой стороны, это дает возможность спекулировать на этой теме и выставлять феминистские движения в еще более негативном свете. Проще говоря, феминисток у нас боятся, а ЛГБТ-сообществ боятся еще больше. И очень удобно их душить, когда оба эти движения идут «в одной упаковке».

ВОПРОС: Лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендеры, квир — зачем феминистки продвигают и их взгляды?

Фариза:

— Помимо таких стереотипов, как «феминизм приводит к разрушению семей», «к импотенции мужчин», есть и очень распространенное убеждение: «феминизм ведет общество к увеличению количества геев и лесбиянок». Бороться с этими стереотипами можно только просвещением. Но для этого общество должно захотеть учиться.

Ада:

— Для городской администрации мы все на одно лицо. Даже когда мы пришли в акимат (речь идет о санкционированном митинге, который прошел 28 сентября за кинотеатром «Сары-Арка»), нас в первую очередь спросили: «Ну вы же не эти вот? Мы запретили митинг ЛГБТ, знаете ли вы об этом?» На что мы ответили, что это, конечно, очень странно и плохо, но мы — про другое. Мы организуем фем-митинг. Нас постоянно спрашивали, точно ли мы не представители ЛГБТ, будем ли мы поднимать исключительно оговоренные вопросы?

РЕАЛЬНОСТЬ: У феминизма в Казахстане нет своих площадок, акции чаще всего воспринимаются и трактуются как что-то полузапрещенное. А о заслугах фем-сообщества практически ничего не слышно, если достижения и есть, то о них мало кто знает.

ВОПРОС: Что реального вы, феминистки, сделали?

Айгерим:

— Самая яркая из недавних побед женщин — то, что изнасилование переводят в рязряд тяжких преступлений, а также то, что отменено примирение сторон по этой статье (статья 120 УК РК). Последние три года с подачи и благодаря усилиям Общественного фонда «Не молчи KZ» эта тема поднималась постоянно. И вот результат.

Фариза:

— В 90-е годы феминистки Казахстана добились увеличения возраста согласия на брак. Любые заслуги незаметны, а результат ощущается лишь со временем. То, что наказание за сексуальное насилие ужесточили, безусловно, достижение. Правда, победа здесь двоякая, ведь судебная система не изменилась.

Ада:

— Сам факт, что в Казахстане проходит феминистский митинг — ведь это здорово! Разве можно было подумать об этом несколько лет назад?

Как организатор я могу сказать, что всё удалось. Девушки выступили очень информативно. Говоря о том, в чем преимущество санкционированного митинга, скажу, что это своего рода защищенность.

Перед митингом феминисток грозились разогнать. Пришли молодые парни в закрытых масках с перцовыми баллончиками. И если бы кто-то пострадал в тот день, это было бы на нашей совести. Мы распечатали скриншоты угроз и отдали их сотрудникам правоохранительных органов, которые там находились. Как раз потому, что митинг был санкционированным, акция прошла мирно.


Материал является интеллектуальной собственностью ТОО «Vox Populi» и защищен законом РК об авторском праве. При его публикации для соблюдения закона необходимо установить видимую и активную гиперссылку на адрес материала на сайте www.voxpopuli.kz.

Все фото- и видеорепортажи редакции вы также можете оперативно получать в Telegram: https://t.me/Voxpopulikz.

Поделись
Лолита Канафина
Материалы по теме