VOX POPULI Святослав Антонов 30 января, 2019 10:30

URKER 25 лет: Айдос Сагат об истории группы и не только

URKER 25 лет: Айдос Сагат об истории группы и не только
Фото: Из свободного доступа в интернете
Основатель и вокалист группы URKER Айдос Сагат рассказал нам об образовании знаменитого коллектива, арт-роке на казахском языке, рождении хита «Наурыз», первых клипах за 50 долларов, казахско-британском проекте No Mad Karma и засилии бездарностей в казахстанском шоу-бизнесе.

Группа URKER
Группа URKER

Как битломаны создали URKER

— Я не сразу пришел к тому, что хочу стать музыкантом. Когда в возрасте 5 лет меня спрашивали, кем я хочу быть, я всегда отвечал, что военным. Это было наше советское детство, мы все смотрели фильмы про войну и революцию, играли в военизированные игры и любили всю эту атрибутику. Я тогда бегал по двору с красным знаменем, собирал компанию друзей для «войнушки». Разумеется, мы тогда не понимали, что такое реальная армия. Конечно, я рос в семье композитора, и музыка окружала меня с детства. С 5 лет ко мне домой пару раз в неделю приходила учительница фортепиано. Я даже помню, как один раз схлопотал у нее жирную двойку за то, что не выучил урок. Когда родители поняли, что слух у меня есть, я поступил в музыкальную школу имени К. Байсеитовой. Я выполнял всё, что положено по программе, но осознанное решение связать свою жизнь с музыкой пришло позже — в 9–11-м классах. У нас тогда поменялся педагог, и он смог зажечь во мне более глубокий интерес к музыке, привел к пониманию того, что это искусство, которому можно отдавать всего себя.


Айдос Сагат в детстве
Айдос Сагат в детстве

— У меня появились первые успехи в музыке, победы на конкурсах. Стал играть более сложные вещи, произведения Шопена и Листа. В этот период я также увлекся другой музыкой и благодаря друзьям стал страстным битломаном. Мы охотились за их записями и пластинками. В конце 80-х в журнале «Ровесник» вышла авторизованная биография The Beatles. Когда эта книга пришла ко мне по почте, я был так рад, что не выпускал ее из рук. В то же время как человек грамотный, знающий, что такое гармония и сольфеджио, я хотел понять, как делается эта музыка, и сам пробовал подбирать их песни. Первыми слушателями были одноклассницы. Я играл и пел битлов, Элтона Джона, песни из мюзикла «Иисус Христос — суперзвезда». Начал замечать, что им это нравится, прикольное чувство, и так привлекал к себе внимание девушек. Позже поступил в консерваторию и там мы вместе с единомышленником и соседом Бейбарсом Джуманиязовым решили собрать свою группу.


Группа URKER в начале 90-х
Группа URKER в начале 90-х

— Я играл на фортепиано и сочинял музыку, Бейбарс освоил гитару. Позже мы нашли хорошего ударника Нурлана Сейлова и бас-гитариста с хорошим вокалом Даурена Сыздыкова. Сразу встал вопрос: о чем будем петь? Мне хотелось сочинять музыку на готовые тексты. Я обратился к отцу, который был знатоком казахской литературы, и он достал томик стихов Мукагали Макатаева. Сказал, что это прекрасная поэзия и стоит присмотреться к ней. Тогда было особое время, у нас возрождалась государственность, приоткрывались запреты — в том числе и на поэзию. Первые наши песни — «Айхай далам», «Адам немене?» и другие — я писал на стихи Магжана Жумабаева, Шакарима и Макатаева. Позже встречался с их родственниками, чтобы получить разрешение на использование стихов.


Мы играли своеобразный арт-рок с длинными проигрышами и текстами на казахском. Такую музыку тогда не совсем понимали. Была официальная эстрада и был подпольный рок, собиравшийся вокруг клуба «Рухани».


Новогодний концерт URKER в рок-клубе.
Новогодний концерт URKER в рок-клубе.
Фото: Из архива Рустама Мусина

Арт-рок по-казахски

— Мы играли своеобразный арт-рок с длинными проигрышами и текстами на казахском. Такую музыку тогда не совсем понимали. Была официальная эстрада и был подпольный рок, собиравшийся вокруг клуба «Рухани». Мы хотели попасть туда, но постоянный контингент групп составляли металлисты и панки, ребята с суровыми лицами и серьезным настроем, однако они не так хорошо владели инструментами и не «заморачивались» по поводу идеологической составляющей своего творчества.

Наша музыка была абсолютно некоммерческой, а в середине 90-х люди стали уходить в бизнес. Наш гитарист Бейбарс тоже решил себя попробовать на новом поприще и ушел из группы. Мы срочно начали поиск нового гитариста, и к нам присоединился знакомый Нурлана Рустам Мусин. Его приход дал нам новый толчок, так как Рустам был более техничным гитаристом. Мы тогда как раз должны были играть на большом новогоднем концерте в рок-клубе. Боялись, как нас примет местная публика, потому что никто тогда не пел рок на казахском языке. Мы хорошо выступили, доказали, что это возможно, и заслужили уважение рокеров. Потом я договорился о концерте в большом зале консерватории, чтобы показать студентам, что музыка — это не только Бах и Моцарт. Тогда у нас появилась первая фанатская база. Затем было второе место на конкурсе «Жас Канат» и выступление на «Азия Дауысы» 1994 года. Мы получили внимание прессы и немного «попиарились», но затем пропали на три года.


Первые клипы мы снимали практически бесплатно. Один из них чисто символически обошелся всего в 50 долларов. Многие режиссеры тогда открывали свои рекламные агентства, и им нужно было набивать руку в съемке и монтаже коммерческих роликов.



«Ансарым», «Наурыз» и первые клипы

— Нам хотелось расти, делать более качественную и востребованную музыку. В 1997-м группа записала в студии свой первый магнитный альбом — «Ансарым». Тогда же вышел наш первый клип на одноименную песню. Там были разные компьютерные эффекты, Рустам по небу летал — всё это сейчас кажется наивным и примитивным, но тогда клип взорвал казахстанское телевидение. На эстраде тогда не было такого, чтобы простые ребята без лишнего пафоса и официоза качественно и задорно делали поп-музыку на казахском. В то время считалось, что группа у нас может быть успешной, только если будет петь на русском, а еще лучше — уедет покорять Москву. Наш клип крутили на MTV Russia, но желания переехать никогда не возникало. В российском шоу-бизнесе есть свои подводные камни. Я отдавал себе отчет, что с материалом на казахском нам там ловить нечего. Здесь нас слушала продвинутая молодежь, студенты.

Через полгода вышел второй клип на песню «Ән мекен». Там была одна революционная по тем временам штука. Мы порылись в архивах и нашли черно-белую хронику с выступлением Жамбыла в Москве, записью Куляш Байсеитовой и других знаковых людей в нашей культуре. Эти кадры сопровождались перебивками с нашими синхронами. Песня была принята на ура, там очень напористая, живая музыка. Наши записи разлетались по сарафанному радио. Первые клипы мы снимали практически бесплатно. Один из них чисто символически обошелся всего в 50 долларов. Многие режиссеры тогда открывали свои рекламные агентства, и им нужно было набивать руку в съемке и монтаже коммерческих роликов. Процесс создания рекламы по сути мало чем отличается от клипа, поэтому на нас они отрабатывали свою новую технику.



— Сейчас есть огромная масса известных певцов и артистов, у которых нет ни одной запоминающейся песни. Я думаю, что если ты считаешь себя звездой или знаменитым музыкантом, такой хит у тебя должен быть. В случае URKER тотальную популярность в народе получила песня «Наурыз». Так совпало, что в 1997 году стали возрождаться национальные традиции, и в том числе — этот весенний праздник. Я впитал философию Наурыза и сочинил эту песню. Для группы она на долгое время стала настоящей визитной карточкой. В какой-то мере до сих пор так и есть, я считаю, что у песни очень счастливая судьба. В то же время мне не хотелось, чтобы мы стали группой одного хита, и у нас появилось много других узнаваемых композиций.


Группа URKER — лауреаты конкурса поп-музыки тюркоязычных стран. 1998 год
Группа URKER — лауреаты конкурса поп-музыки тюркоязычных стран. 1998 год

— В 1998-м мы записали третий альбом «Тойбастар», вышли клипы «Махаббат Әні», «Періште», «Жаным». Эти клипы были сняты намного профессиональнее. Нас стали приглашать на концерты в разных городах страны. Тогда не было ивент-агентств и менеджеров, мы сами организовывали выступления, это было в новинку и очень интересно. Гастролировали в основном по залам на 1 000 человек. К сожалению, в стране сейчас проблема с такими площадками среднего формата: есть крошечные залы или арены на более чем 1 500 зрителей, которые сложно заполнить. Периодически выступали по клубам — тогда как раз зарождалось клубное движение. Мода на новые заведения менялась каждый месяц.



— В то время появились первые друзья и меценаты среди коммерсантов. Начали зарабатывать первые деньги, хотя одной музыкой тогда жить было нельзя — как, впрочем, и сейчас. С момента выпуска из консерватории я преподавал в разных учебных заведениях: консерватории, КазПИ (КазНПУ), эстрадном колледже и других. Рустам искал себя в бизнесе, одно время держал свой ларек. Потом начал работу в компании, занимающейся музыкальным оборудованием.



Группа на съемках клипа на песню «Асель». 2005 год
Группа на съемках клипа на песню «Асель». 2005 год

Новый состав и рождение песен

— В 2000-е годы группу покинули басист Даурен Сыздыков и ударник Нурлан Сейлов. Мы взяли тайм-аут. Однажды на отдыхе, валяясь на пляже, обсуждали с Рустамом будущее URKER и пришли к выводу, что у нас, как и раньше, должно быть два солиста. Прослушав несколько кандидатов, выбрали молодого и харизматичного парня Нурлана Албана. Он тогда был немного неотесанным, но обладал каким-то шармом и имел актерское образование, хороший голос. Так у нас в группе появился колорит в образах: я — городской интеллигент — и Нурлан — простой аульный парень. Кроме того, он писал тексты песен, и нам было очень удобно иметь поэта внутри группы. Так вместе сочинили несколько очень удачных песен, таких как «Келші жаным», «Асель», «Арулар» и многие другие.



— Написание новых песен для меня — не только творчество, но и ремесло. Вдохновение не приходит само, его надо стимулировать, нас этому в консерватории учили, и мы понимали, как вызвать в себе желание что-то написать. Конечно, оно и так всегда заложено в любом композиторе, есть этот зуд к написанию музыки. Источники вдохновения для песен находишь в повседневной жизни. Это могут быть события местного или мирового масштаба, личные переживания, путешествия, смена настроения или даже перемены в погоде. Бывает, садишься и наигрываешь какой-то мотивчик, и если он тебе понравится, записываешь на телефон. Они копятся у тебя в записях, ты можешь что-то стереть или совместить один фрагмент с другим. Так постепенно песня выкристаллизовывается в стройную схему из куплетов и припева. Если мне нравится этот материал, я могу сыграть и напеть его без слов и отправить поэту. Для такой работы нужно быть хорошим ремесленником, но, безусловно, требуется и талант.

— Самый активный период творчества у нас пришелся на конец 90-х — начало 2000-х. Потом был длительный перерыв в несколько лет, но это не значит, что мы бросили музыку. Для любого музыканта или группы такие перерывы в творчестве абсолютно нормальны. Невозможно каждый год выпускать по хиту: вспомните, например, когда вы в последний раз слышали новую песню The Rolling Stones? Все эти годы мы активно выступали, гастролировали по стране и за рубежом. Музыка никогда не была для нас просто средством заработка, поэтому у группы не было обязательств или графиков. Для нас это хобби, которое стало делом жизни. Как профессиональному музыканту и композитору мне также было интересно писать музыку для рекламы и кино. Там перед тобой стоят совсем другие задачи, ты сочиняешь на заказ, и это хорошая проверка твоего профессионализма.


Сейчас есть миллиард бездарных артистов, которые заносят на каналы деньги, чтобы крутить свое творчество. На всё есть прайc: хочешь, десять дней в ротации будешь, хочешь — год, а за отдельную плату можно еще и премию получить. Возникла ситуация, когда за деньги можно купить славу, а потом монетизировать ее на корпоративах и тоях.

Как URKER пропали из телевизора

— С середины 2000-х наша группа практически исчезла из телеэфира. Причина простая: музыкальные телеканалы начали брать деньги за трансляцию клипов. Мы категорически не согласны с тем, что на артистах можно зарабатывать. Каналы должны создавать или размещать качественный и интересный для аудитории контент, чтобы привлечь рекламодателей. Наша музыка может быть таким контентом, но как профессиональные музыканты мы не хотим, чтобы на нас наживались напрямую. Сейчас есть миллиард бездарных артистов, которые заносят на каналы деньги, чтобы крутить свое творчество. На всё есть прайc: хочешь, десять дней в ротации будешь, хочешь — год, а за отдельную плату можно еще и премию получить. Возникла ситуация, когда за деньги можно купить славу, а потом монетизировать ее на корпоративах и тоях.

На радио похожая ситуация. У нас был один смешной случай: появилась новая коммерческая станция, которая вроде как должна была продвигать качественный казахоязычный материал. Мы отправили туда несколько своих песен, а потом нам позвонил директор и извиняющимся голосом отказал в ротации. В качестве причины он сказал, что наши песни сложноваты для эфира. Разве «Наурыз» такая сложная песня? Таковы музыкальные реалии нашей страны. Радио и телевидение не прививают вкус аудитории, а идут на поводу у масс. Скоро моим детям и внукам уже будет нечего послушать. Потомки не увидят будущего в культуре нашей страны и будут искать его за рубежом.


Британская музыка на казахский мотив

— В 2008 году группа URKER по приглашению казахской диаспоры выступала в известном лондонском клубе. Среди зрителей оказался знаменитый английский продюсер и барабанщик Престон Хейман. После выступления он подошел к нам и сказал: «То, что вы делаете — это фантастика. Я впервые услышал про Казахстан от вас. Давайте сделаем проект на английском». Мне эта идея очень понравилась, мы обменялись контактами, но пару лет не предпринимали активных действий. В то же время я переписывался с Престоном, два раза принимал его здесь и знакомил с нашей страной и культурой. Так постепенно родился международный проект No Mad Karma.

Мы понимали, что нельзя просто взять старые уркеровские песни и наложить на них английские слова. В Англии есть своя культурная специфика, их музыкальная индустрия ушла далеко вперед в сравнении с нашей. Мне не сразу стало комфортно работать с командой британских музыкантов. Некоторые из них сотрудничали с самыми популярными исполнителями в мире. В каких-то моментах пришлось переступить через себя, писать новую современную музыку, сохраняя при этом национальный колорит и звучание казахских инструментов. Нашим первым успехом стал сингл «27», текст к которому написал вокалист No Mad Karma и кузен Эми Уайнхаус Дэвид Сай. Танцевальная версия этой песни стала хитом в 2015 году и попала на 11-ю строчку в чарте Music Week, который составляют диджеи со всего мира.


В казахстанском шоу-бизнесе есть тенденция: все боятся нового. Артисты, продюсеры и каналы прогибаются под рынок, стараются соответствовать стандартам музыки, популярной на тоях. Чем больше ты похож на кого то, кто популярнее тебя, тем лучше. На Западе всё совсем иначе. Там все ищут что-то неповторимое и уникальное в себе и других.

25 лет вместе

— Опыт работы в Британии изменил мой подход к творчеству и позволил взглянуть со стороны на развитие URKER. В казахстанском шоу-бизнесе есть тенденция: все боятся нового. Артисты, продюсеры и каналы прогибаются под рынок, стараются соответствовать стандартам музыки, популярной на тоях. Чем больше ты похож на кого то, кто популярнее тебя, тем лучше. На Западе всё совсем иначе. Там все ищут что-то неповторимое и уникальное в себе и других. Музыканты стараются сказать новое слово, заявить о себе, представить свежее звучание. Конкуренция у них на рынке очень высокая, и выживают только уникальные проекты, в которые вложены большой труд, деньги, талант и профессионализм.

Мы тоже меняемся, делаем что-то новое, стараемся создавать более простую, но не примитивную музыку. В то же время мы любим наших поклонников и остаемся верны себе. Наши песни узнают с первых двух тактов, и это здорово. Несмотря на то, что мы исчезли из эфира, музыку URKER легко можно найти в интернете, новые клипы есть на YouTube, а песни доступны во всех популярных сервисах.



— Пару месяцев назад мы отметили 25-летие группы. Специально для преданных фанатов в честь такого события мы выпустили новый альбом в виде сборника лучших песен. Такие популярные хиты, как «Наурыз», «Періште», «Саулемай», звучат на них в новой аранжировке — в танцевальной, клубной и лаундж-версии. Кроме того, в альбом вошли три песни, которые никогда раньше не издавались: «Я буду рядом», «Та, что рядом с тобой» и «Естелік». Две последние — казахская и русская версии одной песни. Мы впервые сделали такой эксперимент: попросили написать стихи на музыку двух разных поэтов. Очень интересно, как его воспримут поклонники.

— В ноябре прошлого года мы дали юбилейный концерт во Дворце Республики. Это была большая трехчасовая программа, с экскурсом в прошлое и исполнением наших песен от середины 90-х до наших дней. Удивило, что люди разных национальностей хорошо знали наши песни и подпевали. Мы получили огромное удовольствие и почувствовали удивительное единение со зрителем. Ради таких моментов мы и продолжаем творить.

Поделись
Святослав Антонов
Святослав Антонов
Журналист, редактор раздела HISTORY