VOX POPULI Алёна Мирошниченко 14 сентября, 2015 12:00

Профессия «попрошайки»: Лёгкий заработок или тяжёлый труд?

Профессия «попрошайки»: Лёгкий заработок или тяжёлый труд?
Фото: Мухтар Жиренов
«Месье, же не манж па сис жур! Господа, я не ел шесть дней!» Эта фраза о временной финансовой несостоятельности героя «12 стульев» Кисы Воробьянинова стала крылатой и знакома каждому. Просители милостыни есть в каждом городе. Их называют попрошайками, нищенками, побирушками. Что же такое попрошайничество — образ жизни или прибыльная профессия? Что заставляет людей выходить на улицу с протянутой рукой — нежелание найти работодателя или безысходность? И кто эти люди, которым мы отдаём свои «кровно заработанные» из жалости и сострадания? В этом решили разобраться журналисты Vox Populi.

Журналист в роли попрошайки
Журналист в роли попрошайки

Как вы думаете, легко ли выйти на улицу с протянутой рукой и с печальным видом приставать к прохожим с просьбой помочь кто чем сможет? Журналист Алёна Мирошниченко решила ненадолго сменить должность журналиста на профессию попрошайки.

К вам, наверное, подходили на улице люди, которые ничем не выделяются из толпы, прилично одеты, но у них проблема: украли кошелёк с документами и деньгами. Оставшись без средств, они не могут уехать в свой город и вынуждены обращаться к прохожим, чтобы собрать деньги на билет. При этом у некоторых «лишившихся кошелька», сумма сбора средств иногда бывает фиксированной — не «кто сколько сможет», а 200 тенге. Алёна решила «заработать» деньги именно таким способом.

Наш эксперимент длился всего полчаса. За это время десять прохожих услышали нашу грустную историю о том, что у Алёны на рынке вытащили кошелёк с деньгами, и не на что уехать в родной город Бишкек. Реакция прохожих не была однозначной. Молодые парни говорили, что при себе нет наличности, а все деньги на карточке. Девушки вообще не реагировали на просьбу и проходили мимо. Женщина лет шестидесяти злобно проворчала вслед: «Как тебе не стыдно?! Прилично одета, с маникюром! Молодая, иди работай!» А одна бабушка вообще посоветовала пойти «на панель». 

Из десяти на просьбу о помощи откликнулись только трое прохожих. Но, как говорится, «полчаса позора — и 500 тенге в кармане». А представьте, сколько можно заработать таким способом, поборов стеснение и стыд, за восьмичасовой рабочий день. За месяц, с учётом выходных? 240 000 тенге — такой зарплате позавидует любой представитель офисного планктона.

Признаться честно, «не пыльная» работа, оказалось очень нелёгкой. Стыд, позор и унижение так и не дали продолжить карьеру попрошайки. А 500 тенге мы позже отдали бабушке, которая действительно нуждалась в помощи.


Попрошайки
Попрошайки

Самые популярные рабочие места попрошаек — церкви, мечети, вокзалы, рынки, перекрёстки улиц и алматинский «Арбат». «Наработанные» места, как оказалось, давно поделены и закреплены за каждым «тружеником».


Попрошайки в парке
Попрошайки в парке

Наше знакомство с просителями милостыни началось с парка имени 28 гвардейцев-панфиловцев. Площадь перед Вознесенским собором стала «хлебным» местом не только для местных голубей, но и для тех, кто называет себя «божьими людьми». Бордюр здесь делят такие категории попрошаек, как «бомжи», «оставшиеся без документов», «калеки», «приличные пенсионеры» и «нищие старики».


«Смотрящий» Саид
«Смотрящий» Саид

Увидев наш фотоаппарат и повышенное внимание к своим персонам, «божий народ» занервничал. Нам пришлось познакомиться с человеком по имени Саид. Как выяснилось, он является «смотрящим за территорией». Убедившись, что мы не из полиции, а всего лишь мирные журналисты, и наша цель — репортаж, Саид «дал добро» поработать на его участке.


Попрошайка
Попрошайка

Эта женщина отказалась назвать своё имя. Она относится к категории «приличные пенсионеры». Опрятно одетая и не вызывающая жалости, женщина сетовала на мизерную пенсию в 50 000 тенге, правительство и девальвацию. А то, чем она занимается, называет подработкой.

VOX: Вы испытываете стыд или стеснение, прося милостыню?

— А что тут такого? Кто-то в моём возрасте газеты продаёт, кто-то полы моет, а я тут подрабатываю. Это — нормальная работа. Стыдно без денег сидеть, а работать не стыдно.

VOX: А каков Ваш месячный доход?

— Это — коммерческая тайна. Но уж побольше, чем моя пенсия. Сами посудите — доллар вырос, бензин подорожал, продукты тоже. А тут пришла, посидела полдня, и уже при деньгах.


Попрошайка Ольга
Попрошайка Ольга

Эту женщину зовут Ольга, ей 53 года. Она поведала нам грустную историю о том, как 6 лет назад осталась без удостоверения личности, и, имея на руках свидетельство о рождении, удостоверение восстановить не может.

— Я не могу ничего добиться. Прихожу в ЦОН, а меня везде «пинают» и не хотят со мной разговаривать. На работу не могу устроиться. Квартиру у меня сестра забрала, и мне сейчас снимать приходится. Вот здесь и зарабатываю. В день тысячи две выходит, а по праздникам больше. 

VOX: Вы испытываете стыд или стеснение, прося милостыню?

 Поначалу было стыдно. Сейчас нет. Привыкла уже.

Мы предложили Ольге нашу помощь в восстановлении документа, но она отказалась, сославшись на нехватку времени и плохое зрение.


Попрошайка Татьяна
Попрошайка Татьяна

Женщина по имени Татьяна тоже, как и её коллега Ольга, относится к категории «потерявшая документы». Ни в какой  помощи в виде продуктов, одежды и содействия в восстановлении документов она не нуждается.

— Лучше деньгами помогите. Побираться — это грех, конечно, но на эту работу меня благословил сам батюшка. Жить мне негде. Я тут и работаю, и сплю. Скоро зима, и мне тёплые вещи купить надо.

VOX: Татьяна, а Вы не пробовали работу поискать?

— Да кто же меня возьмёт? Я даже не могу пойти в монастырь поработать, потому что у меня давление низкое.

VOX: А какие сложности бывают в вашей работе?

— Сложности везде есть. Нам тут приходится уживаться с алкашами. Они — наши конкуренты. Иногда дело доходит чуть ли не до драки, если они садятся на наши места. Иногда чужаки приходят. Но если хочешь работать, плати за место и работай. Так не хотят ведь по-хорошему.


Попрошайка Динара
Попрошайка Динара

Динаре 33 года. По её словам, у неё тоже сложная судьба. В пятнадцать «попала по малолетке» на 10 лет, родственники отвернулись от неё, оставили без жилья, документов и средств к существованию. Так Динара оказалась на улице в компании таких же, как сама.

VOX: Динара, Вы употребляете алкоголь?

— Ну да, бывает. Сейчас уже ночи холодные. Надо как-то согреваться. Спим же мы на улице. Ну еще выпивка расслабляет. Проблемы легче переносятся.


Попрошайки возле церкви
Попрошайки возле церкви

VOX: Динара, а как насчёт конкуренции?    

 Это, конечно, есть. Старухам почему-то больше подают, чем нам. Но эти старухи только на вид такие мирные. Видели бы вы, что они творят, когда мы спим. Они и деньги у нас вытаскивают, и вещи воруют. Здесь можно многое увидеть. А еще «залётные бичи» приходят. Эти вообще «беспредельщики». Ночью и разуть, и раздеть могут, ещё и «навтыкают» по морде. Кушать все хотят.


Динара и Елена

Елена — подруга Динары по несчастью. Стойкий запах перегара, побитое лицо и неопрятный вид выдают в женщине любительницу крепких спиртных напитков. Мы были удивлены, узнав, что Елене 35 лет.

— Я сама не местная. Приехала из Кустаная. Документы у меня есть, но я их отдала батюшке, а он их потерял. Вот теперь скитаюсь 10 лет. Здесь хоть какие-то копейки можно заработать — тысячи две, а по праздникам больше.


Елена
Елена

VOX: Елена, а что у Вас с лицом, производственная травма?

— Да, можно и так сказать. «Бичи залётные» побили. Тут еще нас и менты гоняют. Электрошокером бьют. Могут за город увезти и там оставить. Вообще тут своя мафия: и менты, и бывшие зэки, и «бичи». Тебе лучше не лезть сюда. Но между собой мы дружно живём, поддерживаем друг друга. 


Жасулан Байкенов
Жасулан Байкенов

За разъяснениями по поводу обстановки в среде попрошаек мы обратились в Департамент внутренних дел города Алматы, к заместителю начальника управления административной полиции Жасулану Байкенову.

— В связи с изменениями в Кодексе РК об административных нарушениях, у нас появилась новая статья №449, «Приставание в общественных местах», предусматривающая наказание назойливым попрошайкам. Теперь за первое нарушение полицейские штрафуют их на 5 МРП, а за повторное нарушение — арест до пяти суток.


Попрошайки возле мечети
Попрошайки возле мечети

— С 7 по 17 сентября у нас идёт второй этап отработки операции «Попрошайка». Ежедневно сотрудники административной полиции ДВД города Алматы проводят патрулирование центральных улиц столицы и мест массового скопления граждан — рынков, вокзалов, улиц — в целях обеспечения надлежащего правопорядка. При этом выявлению лиц, занимающихся попрошайничеством, уделяется особое внимание. Вы, наверное, обратили внимание, что на дорогах и перекрёстках попрошаек стало меньше.

— По итогам первого этапа операции «Попрошайка», который проходил в мае этого года, задержано 1842 человека за назойливое приставание в общественных местах. По сводкам у нас проходила информация, что существует преступная группировка, которая удерживает инвалидов и ставит их на перекрёстках с целью попрошайничества. Но такая информация не подтвердилась. К нам никто не обращался в полицию с заявлением на насильственное удержание.


Попрошайка-инвалид
Попрошайка-инвалид

Еще одна категория просителей милостыни — «афганцы». Чаще всего это безногие или безрукие инвалиды, одетые в тельняшки, элементы военной формы. Уверяют, что воевали в горячих точках, где и были изувечены. «Воины-интернационалисты» в основном зарабатывают на перекрёстках, тем самым подвергая себя риску оказаться жертвой ДТП. Но, как выяснилось, афганцев среди попрошаек в Алматы нет, а свои травмы эти люди получили при более прозаических обстоятельствах — например, отморозив конечности по пьянке.

Категория «инвалиды». Убогость страдальцев варьируется от псевдослепоты до ампутации всех конечностей. Изобретательности и актёрскому мастерству этих людей нет предела. Они ловко имитируют отсутствие одной ноги, перематывая её скотчем, подволакивают ногу, хромают, закатывая глаза и заламывая руки в неестественном положении. Некоторые из них действительно имеют физические патологии и инвалидность.


Попрошайка Сергей
Попрошайка Сергей

Этого мужчину зовут Сергей, ему 53 года. Белоснежная футболка, чистые джинсы и запах недорогого парфюма — в таком виде он приходит на своё рабочее место к Вознесенскому собору. Бывший шофёр-дальнобойщик с третьей группой инвалидности вынужден подрабатывать, потому что на пособие в 17 000 тенге прожить невозможно.

— У меня после аварии позвоночник сломан, и шейка бедра. Еще и срок «отмотал» на зоне. Кому я такой нужен? Живу в Дмитриевке, с такими же бродягами, как и я, дом снимаю за 25 000 тенге. Покупаю каждый месяц проездной за 2 000 тенге и сюда приезжаю на автобусе. Сколько Бог мне пошлёт, столько и заработаю. Тут есть здоровые люди, с руками и ногами, но они просто не хотят работать. А я себя «сломал». Я водитель-дальнобойщик, всю жизнь гулял и куражился, а сейчас на паперть вышел.


Баба Валя
Баба Валя

Эту бабушку зовут баба Валя. Каждый день её можно увидеть возле ворот Никольского собора. Бабе Вале 88 лет. Старушка опрятно одета. Деньги не выпрашивает, а просто молча сидит с баночкой для подаяний. Мы не смогли пройти мимо неё. Баба Валя оказалась приятной собеседницей.

— Я не для себя прошу. У меня пенсия есть. Правнучка у меня трёхгодовалая — инвалид с ДЦП. Мать её умерла, а отец, мой внук, загулял с девками. Вот я одна и «тяну» девочку.

— Вот сейчас я здесь сижу, а правнучка бедная одна дома. А что делать? Оставить мне её не с кем. Внук мой неизвестно где. Мне её и накормить надо, и памперсы купить, а пенсия у меня маленькая. Пособие мне не платят на неё, потому что мать её непутёвая была, документы даже не соизволила сделать, так и умерла. Я обычно только до обеда тут сижу, чтобы правнучку не оставлять одну на весь день. Зарабатываю тысячу тенге, и бегом домой. Всех денег всё равно не заработаешь. Поначалу мне так стыдно было просить, просто сквозь землю бы провалилась. Сижу здесь, а сама плачу. Сейчас тоже стыдно бывает, но я же не ворую эти деньги. Была бы помоложе, обязательно пошла бы работать.

VOX: Баба Валя, а Вас никто тут не обижает?

— Нет. Всё спокойно. Милиция только гоняет. Я знаю, что сейчас закон новый вышел, чтобы с нами бороться. Но я ни к кому не пристаю и деньги не выпрашиваю.


Психолог Анна Кудиярова
Психолог Анна Кудиярова

Чтобы понять психологию профессиональных попрошаек, мы обратились к директору Института психоанализа Анне Кудияровой.

 Для того чтобы выйти и попросить подаяние, нужен набор человеческих качеств. В этом случае необходимо работать со стеснительностью, стыдом, ломать свою гордость. В какой-то степени я этими людьми даже немного восхищаюсь. Не каждый может перешагнуть через себя и пойти с протянутой рукой. У большинства этих людей есть актёрский талант. Стоять с протянутой рукой с печальным видом, придумывать разные душещипательные истории — для этого надо быть актёром. Многие, конечно, вынуждены этим заниматься, потому что их нужда заставила. Но глубинная любовь и уважение к себе никогда не даст пойти и попросить деньги. Я думаю, что попрошайка — это не только профессия, но и образ мышления, образ жизни. И если бы не было подающих, не было бы и попрошаек.   


Юрий с дочерью
Юрий с дочерью

Этого мужчину зовут Юрий, а его шестилетнюю дочку — Света, но она просит называть её Салама.

«Попрошайки с детьми». Эта категория является самой высокооплачиваемой. Взрослые вовлекают в «бизнес» своих малолетних детей, потому что дети вызывают жалость сердобольных прохожих.

«Мадонны с младенцами» — так называют молодых мамаш с грудничками на руках. Выяснилось, что, как правило, нищенствующие гражданки не имеют документов на малышей. И неудивительно: большинство попрошаек вовсе не являются матерями детей, которых используют как «реквизит» — увы, именно так они их называют. А вы когда-нибудь обращали внимание на то, что дети на руках постоянно спят? Теперь уже ни для кого не секрет, что они находятся под влиянием алкоголя и димедрола.

Кстати, «мадонны» стали встречаться в нашем городе всё реже. Сказывается результат работы полицейских и органов опеки и попечительства.  


Юрий
Юрий

— Моя жена нас с дочкой бросила, а сама ушла к другому. Мы скитаемся по улицам и просим деньги, потому что я не могу работать — у меня грыжа. Знакомый дал нам свою дачу в горах, но там нужно печку сделать, чтобы зимовать.

VOX: А каков ваш дневной заработок? 

— В будние дни мы зарабатываем 5 000 тенге, а по пятницам возле мечети и в выходные дни — тысяч семь выходит. Но это разве деньги? 3 000 тенге у нас уходит каждый день на еду. Мы питаемся в столовой. Моей дочке нужно горячее питание. И я слежу за её здоровьем. Я сам могу перебиться без еды, но без сигарет — никак.


Салама
Салама

Салама в свои шесть лет рассуждает совсем не по-детски. Девочка уже научилась просить.

— Сейчас уже прохладно, мне нужны кроссовки в дождь, а папа купил мне шлёпанцы. Не понимаю, зачем они мне сейчас. Может, есть у вас одежда и обувь после ваших детей, которая маленькая? Даже если мне будет немного большая — пусть будет, я же расту. На следующий год я пойду в школу. И мне нужно всё для школы. Если сможете, помогите!


Цыганка Михрибан
Цыганка Михрибан

В теплое время года наблюдается активность цыган-люли — граждан Таджикистана и Узбекистана. Они зачастую нарушают правила въезда в нашу республику, не имея на руках никаких документов. У них нет определённой территории для заработка, и встретить их можно повсюду. Люли назойливо пристают к прохожим, а иногда и не стесняются промышлять воровством.

Эта  женщина назвалась Михрибан. А её двухлетнюю дочку зовут Гюли. Михрибан 29 лет, и у неё уже шесть детей. Пообщаться с ней нам удалось, заплатив за беседу 1 000 тенге.  

— Мы приехали из Оренбурга. Нас оттуда выгнали. Скоро похолодает, и мы, наверное, поедем в Узбекистан, чтобы перезимовать. Мои старшие дети сейчас тоже где-то тут, в парке, зарабатывают. Мы снимаем маленький дом в Первомайке. Там всего 3 комнаты, а нас там живёт четыре семьи, почти тридцать человек. Мужчины у нас не должны работать. Они дома сидят. Работают только женщины и дети, потому что нам лучше подают. Зарабатываем мало, иногда 3 000 тенге, иногда 5 000. 

В южной столице активизировались группы людей, которые под видом волонтеров собирают деньги якобы для детских домов и больных детей. Работают они в основном возле крупных супермаркетов, станций метро, и предлагают прохожим купить разные мелочи, объясняя, что собранные средства пойдут на лечение малышей. Нам удалось выяснить, как отличить настоящий благотворительный фонд от мошенников, и нужно ли в принципе подавать милостыню попрошайкам.

В одном из благотворительных фондов пояснили, что настоящие волонтеры на улицах работают очень редко и не берут наличные в руки: для денег всегда должна быть опечатанная пластиковая коробка — кэшбокс, обычно прозрачная.

Лжеволонтёров очень трудно привлечь к ответственности, но можно помочь обычным людям разобраться в том, стоит ли давать им деньги.

Как отличить реальный фонд помощи от лжеволонтёров?

Узнать больше информации об организации, попросить документы, проверить, есть ли у организации сайт, публикуются ли отчеты о поступлении и расходовании пожертвований.

Если вам предлагают перевести деньги на личный счет представителя организации — лучше удержитесь от пожертвования.

И еще один вид попрошаек, который в наш век высоких технологий стал очень популярен. Здесь не нужно преодолевать стеснение и стыд, ведь сердобольные тёти и дяди с сайта «Одноклассники» не видят твоего лица. Набор «орудий труда» минимальный: компьютер с выходом в интернет, любой электронный кошелёк либо счёт в банке и фото маленького ребёнка с ангельской внешностью.

А схема отъёма денег у пользователей социальных сетей очень проста: главное — написать «правильный» текст, который не оставит равнодушным большую половину пользователей. И не имени, ни фамилии больного ребенка, только «Помогите собрать деньги на операцию!».

И вот уже «крик о помощи» летит по страничкам «Одноклассников» к друзьям и друзьям друзей. А фотография девочки, где она уже не Настенька, а Дашенька с другим страшным диагнозом, «кочует» в «Мой Мир».     

Если вдруг вас растрогала подобная ситуация, не торопитесь отправлять деньги, а обратитесь к автору данного сообщения с просьбой разместить на страничке свидетельство о рождении ребёнка. Там есть информация о родителях. Один из них является владельцем счёта. Если информация не совпадает — перед вами интернет-попрошайки. 


Некоторые аферисты создают клоны сайтов известных благотворительных организаций, только информацию публикуют свою. Это — скриншот со странички пользователя под именем «Помоги ребёнку». «Благотворители» якобы действуют от имени фонда «Ключ к жизни» и просят перевести деньги на имя президента фонда, который находится в Москве.

Действительно, такой фонд существует, но находится он не в Москве, а в городе Тюмени. И такие организации указывают не личные реквизиты физических лиц, а банковские юридические счета.

Люди охотно подают калекам и старикам, веря в их «сказки» о пропавших документах, страшных болезнях и боевых заслугах. Большинство жертвователей не задумываются, кому на самом деле достаются эти деньги, и уж тем более никто не проверяет подлинность нищенских биографий.

Помогать людям нужно. Собранные средства не раз спасали чью-то жизнь, но, прежде чем отдать свои «кровные», не поленитесь узнать, с кем имеете дело. Зачем помогать тем, кто наживается на чужой доброте и доверчивости?

Поделись
Алёна Мирошниченко
Алёна Мирошниченко
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000