VOX POPULI Жанна Ахметова 8 сентября, 2015 12:00

По ту сторону ДТП

По ту сторону ДТП
Фото: Мухтар Жиренов
СМИ очень часто рассказывают нам трагические истории дорожно-транспортных происшествий. Как правило, героями таких материалов становятся виновники этих ДТП. Зрители и читатели хотят знать, как был наказан виновник, на какой срок его осудили и т.д. А потерпевшие остаются за кадром. И сегодня мы хотим рассказать вам истории пострадавших в серьезных авариях. Истории людей, судьбы которых покалечены, тела которых сломаны. Но, хотя трагедия и сломала части их тел, она не смогла изуродовать души и сердца. Каждый из них борется за свою жизнь и всеми силами пытается встать на ноги. На моральное восстановление тратятся годы, а уж сколько уходит на физическое — одному Богу известно. Мы расскажем вам три истории сильных людей, которые нашли в себе силы прийти в спортивный зал и сказать самому себе: «Я всех простил, я хочу встать на ноги, я хочу вернуть прежнюю жизнь».

Александр

Раньше, помню, когда ездили в «АДЕМ», меня поднимали по пандусу, и я видел небо — до того крутой был склон у пандуса, что самому там не забраться.

VOX: Расскажите историю вашей аварии. Когда и как это произошло?

— Авария случилась в 2001 году, 5 августа. Мы ехали по Кульджинскому тракту после церковного служения. Нас было 8 человек в микроавтобусе. Насколько я помню, скорость была небольшая, 60–70 км/ч, но микроавтобус был довольно старым.

Вдруг раздался звук, похожий на выстрел, — скорее всего, прямо на ходу взорвалось колесо. От этого машину понесло на встречную полосу. К сожалению, водитель нашего автомобиля был молодым и неопытным. Он, видимо, испугался и растерялся, резко пытался вывернуть руль в правую сторону. С управлением водитель не справился, и машина перевернулась. Все 8 человек вылетели из микроавтобуса. И, слава Богу, из восьми только два человека оказались в коляске (я и еще один пассажир), остальные отделались ушибами.

VOX: Получается, вы ехали из церкви?

— Да, причем ехали в другую церковь. Я  работаю музыкантом. Играю на синтезаторе.

VOX: А сейчас вы посещаете службы? Злились ли вы на судьбу или на Бога какое-то время?

— Наоборот. Знаете, когда после аварии я лежал на земле, я понял, что не чувствую своих ног. Была адская боль, дышать было трудно — думал, умираю. И тут я начал молиться, как никогда раньше. Вы знаете, в такой ситуации начинаешь молиться совсем по-другому. Я говорил: «Господи, сохрани мне жизнь, помоги доехать до больницы, и я буду служить тебе вечно!» Состояние было шоковое и беспомощное, звуки стонов и криков, суматоха, но я никому не мог помочь. Тогда я еще больше уверовал в Создателя. И по сей день я езжу в церковь.

VOX: Как вы пришли к спорту?

— Длительное время я не занимался вообще. Морально приходил в себя. Затем начал понемногу тренироваться дома, самостоятельно. Подтягивался на турнике, гантели поднимал. Про Центр Бубновского мне рассказали в церкви. И полтора года назад я пришел сюда.

Раньше, когда я занимался сам, меня постоянно одолевали апатия и вялость. Плюс ко всему, когда я сидел дома — пусть и занимался самостоятельно и молился, но редко куда выходил, даже в церковь реже стал ходить. Телевизор, дом, круг семьи — и все. Я понял, что стадия одиночества затянулась, и оно сильно давит на меня. Перемены начались, когда стал ходить в центр. Конечно, я привык к одиночеству, и первое время было очень трудно общаться с людьми. Постепенно все начало меняться, и я понял, что мне не хватало этого общения. Это очень хорошо на меня повлияло.

Первые два месяца тренировок было трудно физически, я хотел бросить это дело. Ведь и так тяжело осилить любую нагрузку, а тут гоняют безжалостно. И я себя заставлял. Спустя два месяца я понял, что очень привык, и стал посещать тренировки с огромным желанием — получал от этого настоящее удовольствие, а не через силу, как было первое время. Теперь стараюсь не пропускать и посещаю тренировки три раза в неделю. 

VOX: Какой у вас диагноз?

— Компрессионный перелом 11-го и 12-го позвонков.

VOX: Что прогнозируют врачи? Сможете встать?

— Я верю, что смогу, а что они там думают — не знаю.

VOX: Как вы добираетесь до центра?

— Раньше с передвижением были проблемы: нужно было кого-то просить или вызывать такси. А как стал ходить сюда, узнал про инватакси. И все один к одному сложилось так удачно. Инватакси очень выручает.

VOX: Как обстоят дела с передвижением по городу на коляске? Пандусы, бордюры?

— Заметил, что сейчас их появилось больше. Раньше, помню, когда ездили в «АДЕМ», меня поднимали по пандусу, и я видел небо — до того крутой был склон у пандуса, что самому там не забраться.

VOX: Александр, простите за такой вопрос, что помогло вам не потерять веру в Бога?

— Если бы я вернулся в то время на мгновение, то, наверное, изменил бы свое отношение к Богу, я бы больше верил и больше молился. Даже когда я однажды оказался в реанимации с заболеванием почек, я второй раз молился о сохранении жизни. И я вышел из реанимации выздоровевшим. Надежда и вера все равно никогда во мне не умирали, а даже усилились.

Я верю, что все в этой жизни дает нам Бог. И, когда у меня появился компьютер, первое, что я сделал — начал слушать проповеди Кари Блэйка. И молился за пятерых каждый день. Помню, заезжаю в коляске в соседнюю палату и говорю парню, который очень сильно кашляет: «Можно я за вас помолюсь?» Вот так две недели каждый день я приезжал в палату к пятерым пациентам и молился. Через пару недель один из них исцелился, выздоровел, это снова подняло мою веру.


Светлана

Также был ушиб позвоночника, и голеностоп был поврежден, я не чувствовала пальцев. Плюс ко всему, тяжелое сотрясение мозга. В этой аварии я потеряла 4 литра крови. На моей груди лежал двигатель той машины.

VOX: Какая она — история вашего ДТП?

— Это было в ноябре 2013 года. Мы ехали из Талдыкоргана, возвращались с коллегами из командировки. Перед Сарыозеком наш водитель пошел на обгон КамАЗа с прицепом. Грузовой автомобиль не дал сделать обгон, и тут начался подъем, а с противоположной стороны ехала встречная машина. Естественно, наш опытный водитель инстинктивно начал выворачивать влево, и удар произошел с моей стороны — я сидела на переднем пассажирском сиденье. В машине было еще три пассажира на заднем сиденье, они получили сотрясение мозга, легкие ушибы.

VOX: А что за машина шла по встречной?

— Это был джип. Столкновение было таким сильным, что мы оказались под его капотом. Когда меня МЧСники вытаскивали, им пришлось разрезать машину. А девочка, которая сзади сидела, перелетела от удара вперед. В джипе тоже сильно пострадали пассажиры. Один парень вылетел, и его передавило так, что внутренности оказались снаружи. Страшная картина. Но все выжили, всех собрали по частям.

VOX: Вы получили много травм?

— От удара у меня сломались и оторвались все нижние ребра с левой стороны. Боли, что интересно, я не чувствовала, так как у меня был болевой шок. Но в руке у меня был телефон, представляете. И тут мне позвонила подруга. Я ей сказала, что мы попали в аварию, и тут я услышала хруст перелома костей, придавило легкое, стало трудно дышать. Я начала хрипеть в трубку. Кроме этого, я получила перелом колена и руки, а моя тазобедренная кость раздробилась на много осколков. Также был ушиб позвоночника, и голеностоп был поврежден, я не чувствовала пальцев. Плюс ко всему, тяжелое сотрясение мозга. В этой аварии я потеряла 4 литра крови. На моей груди лежал двигатель той машины. Вот так вот.

И, знаете, когда я находилась в этом состоянии, я думала: «Лучше бы я померла». Почувствовала боль только тогда, когда меня начали вытаскивать. Смотрю на ногу, а она так неестественно вывернута. И в таком состоянии я умудрилась позвонить мужу и сказать, что я попала в аварию. С первого раза он не поверил даже. 

— Потом я потеряла сознание. Очнулась уже в реанимации. Так как в таком состоянии меня нельзя было перевозить, определили в больницу в Сарыозеке. Там я пролежала 46 дней, представляете? Мне нельзя было шевелиться. И с таким количеством переломов гипс накладывать нельзя было. Ребра, например, сами срастались. Раньше я занималась спортом, и с тех пор запомнила, что в такой ситуации шевелиться нельзя, потому что срастется неправильно. И я лежала на спине 3 месяца. Конечно, была специальная кровать, которая надувалась и сдувалась, чтобы не было пролежней. Кости срастались медленно, потому что я уже достаточно взрослый человек. Это в молодом организме кости срастаются быстрее.

VOX: Кто за вами ухаживал?

— Муж. Все это время он был рядом. Дети хотели забрать к себе, но они, во-первых, живут в городе и, во-вторых, на последнем этаже. Тяжело ведь подниматься.

VOX: А в Сарыозеке?

— И там муж постоянно был со мной. Вообще мне очень повезло, что я попала именно в эту больницу. Тогда там работал и, надеюсь, сейчас живет и здравствует, прекрасный, замечательный врач. Он приехал к нам, как репатриант из Монголии. Первые трое суток он отчаянно боролся за мою жизнь, не отходя от кровати. Он-то и поднял меня на ноги. Но не сразу.

VOX: Когда вы вернулись домой, в Алматы?

— Вот, считайте: осенью я попала в аварию, три месяца лежала, перенесла множество операций. Рентгена было столько, что ступню мне даже не стали снимать, срослась как-то сама. Затем меня перевезли домой. Прошло еще несколько недель, и, как только врачи разрешили мне подняться, муж сразу же привез меня на коляске в Центр Бубновского. Это было в марте, а в апреле я уже встала на ноги, в мае — вышла на работу. Начала ходить без ходунков и костылей. Плохо передвигалась, но зато сама.

VOX: Что вам нравится в этом центре?

— Очень хорошие инструкторы и врачи, следят за каждым движением. Коррекция фигуры гарантирована, очень хорошо разработали мне дыхательную систему, выносливость появилась. Смело могу сказать, что развилась физически очень хорошо.

Движение — это жизнь. И те инвалиды, которые прикованы к постели, не должны думать, что это — конец их жизни. Нет! Нужно верить и развивать свою внутреннюю силу. В этом зале на всех тренажерах я спокойно могу выполнить любое упражнение. Сейчас даже научилась тому, что не каждый здоровый человек сможет, — этим я горжусь.

VOX: Занятия не пропускаете?

— Пропускала, когда скопилось очень много работы, — просто не успевала по времени. Но это не значит, что я не занималась. Дома у меня есть тренажеры и свой спортивный зал, там я и тренировалась. И каждое утро я делаю зарядку.

VOX: Когда впервые садились за руль, страх был?

— Да, конечно. Он есть до сих пор. Больше всего боюсь встречных машин. Конечно, стресс был тяжелым. И я думаю, что после аварии я как будто переродилась. Мое мировоззрение сильно поменялось.

VOX: Вы верите в Бога?

— Да, верю. Вы знаете, когда находилась в состоянии клинической смерти, я видела сон: большое зеленое дерево, а под ним моя бабушка, и я бегу к ней в белом платье, а она говорит: «Возвращайся обратно». И вижу, как на меня сверху падает мое же тело, — я же лежала тогда в больнице. Была в тяжелом состоянии, меня вводили в искусственную кому, чтобы не тревожить тело. Думаю, в тот момент я вернулась с того света. И все благодаря замечательному врачу из Монголии. Он спас мне жизнь. Очень хочу выразить большую благодарность этому замечательному человеку.

VOX: Сейчас вас что-то беспокоит?

— Чувствую себя хорошо. Ничего не болит, лишь иногда ступня побаливает. Наверное, мне стоит наконец сделать снимок ступни.

Хочу, чтобы все читатели знали: в какой бы ситуации вы ни находились, что бы с вами ни произошло, есть возможность исцелиться. Нужно верить в себя и не отчаиваться, заниматься спортом и вести здоровый образ жизни. Сейчас «компьютерный век», все проводят за мониторами очень много времени, живут в виртуальной мире, поэтому мало двигаются. Бегайте, прыгайте, гуляйте на свежем воздухе, ходите в спортзал. Все это будет не зря. Однажды это может вас спасти.


Мария

У меня нет сил плакать по прошлому, мне надо постоянно заниматься. Я должна встать на ноги.

VOX: Маша, расскажи, пожалуйста, что у тебя произошло?

— Помню, в тот вечер только прошел дождь, и асфальт был мокрым. Мы приближались к перекрестку, нам горел зеленый, и один водитель с противоположной стороны начал поворачивать прямо перед нашим носом. Мой молодой человек попытался уйти от столкновения, но так как на нашей машине задний привод и дорога была скользкой, нас понесло. Нас перебросило за бордюр, протащило через арык, а затем швырнуло в стоящие две машины. Как только все остановилось, я поняла, что не чувствую ног.

VOX: Так ты впереди сидела? Куда вы ехали?

— Да, я сидела на пассажирском, рядом с водителем. За рулем был мой парень, отец моего ребенка. Я только месяц назад родила сына, и попросила его съездить за памперсами.

VOX: Тебе было очень больно?

— Была боль в области поясницы, сейчас там у меня стоит титановый имплантат. Но я не кричала и не паниковала. Наоборот, чувствуя, что мое тело вывернуто вопреки законам природы, я приподняла себя, насколько могла, на руках и так ждала скорую помощь. Врачи говорят, что тем самым я спасла свой позвоночник от еще большей травмы. Скорая приехала очень быстро, кстати. Зафиксировали мне шею, поставили обезболивающее и повезли в больницу. Диагноз: поясничный перелом с парализацией нижних конечностей.

VOX: Что было потом?

— Ночью вызвали хирурга. Анатолий Семенович Остапенко и по сей день является моим врачом. Замечательный человек, самый лучший в мире врач — не знаю, что бы со мной было, если бы не он.

Как только он приехал, сразу же сделал первую экстренную операцию, затем вторую. И до сих пор он контролирует все мое лечение. Он сразу сказал, как будет развиваться выздоровление. Сказал, что надо будет потерпеть, много заниматься, и что я обязательно пойду. И я ему верю.

VOX: Ты уже два года не ходишь, но активно занимаешься? Какие есть сдвиги?

— За эти два года мне пришлось заново учиться сидеть, спину держать, в туалет нормально ходить. Вместе с моим сыночком: он в первый раз в жизни, а я — во второй. Мой врач сразу сказал, что я пойду года через три, пока прошло два. Остался годик. Сейчас я уже могу стоять на одной ноге по несколько секунд. Но вторая пока не слушается.

VOX: А кто тебе помогает, Маша?

— Мама с первого дня рядом со мной, мама видела все, что со мной происходило. И рыдали мы с ней сколько, и верили в лучшее. Но ни разу не потеряли надежду. Братик еще у меня есть. Хорошо, что он уже взрослый и сильный. Он выносит и заносит меня на руках. Сыночку вот уже два годика — тоже по дому мне помогает. Сам постоянно спрашивает: «Мам, тебе что принести?»

VOX: А где отец ребенка, тот парень, с которым ты попала в аварию?

— К сожалению, он не прошел это испытание. Исчез сразу же, когда после первой операции понял, что я не смогу ходить ближайшие несколько лет. С тех пор забыл и про меня, и про нашего сына. Но я его уже простила — мне надо двигаться вперед, а не заламывать руки. У меня нет сил плакать по прошлому, мне надо постоянно заниматься. Я должна встать на ноги.

VOX: Маша, как скоро после аварии ты начала заниматься физическими упражнениями?

— Через год после того ДТП. Полгода я только лежала и практически не двигалась. Отходила от операций, восстанавливалась. 10 месяцев я была в корсете. Не могла сама перевернуться с боку на бок. Меня мама переворачивала. Потом, когда научилась сидеть на подушках, начала заниматься. Обо мне сделал репортаж канал КТК, и мне позвонили из Центра Бубновского. Они предложили свою помощь и сказали, что я могу приезжать и заниматься бесплатно. Дома, конечно же, занималась и продолжаю заниматься. Одна девушка мне привезла специальный тренажер-велосипед, напольный.

VOX: Кто из твоих друзей так же исчез, как и отец ребенка?

— У меня было очень много друзей, я люблю общение. Сейчас не осталось никого.

VOX: Маша, ты просто умница, я восхищена твоим спокойствием и силой воли. В твоем голосе нет и тени сомнений, нет никакого трагизма, только вера в  себя и несгибаемая воля. Ты всегда была такой сильной?

— Сейчас я делаю успехи, мое тело постепенно начинает подчиняться мозгу. Я начинаю чувствовать, и это дает мне силы. Плюс, все получается именно так, как сказал мне мой лечащий врач. Он ведь в первый же день расписал каждый этап. Конечно же, я много слез пролила, когда начала первые разминки своего каменного неподвижного тела. Каждое движение было преодолением дикой боли в спине. У меня были и истерики, и отчаяние, но веру я не теряла никогда. Поэтому и продолжала заниматься. А что толку жалеть себя? Если я сама себя на ноги не поставлю, никто за меня этого не сделает.


Истории, полные драматизма и человеческой боли. Истории больших трагедий и бесконечных надежд. Самое важное для попавших в беду — верить в себя, в свои силы и не переставать бороться с увечьями. Пусть каждый больной станет здоровым, пусть каждый прикованный к инвалидной коляске встанет на ноги и пойдет!

Поделись
Жанна Ахметова
Жанна Ахметова
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000