VOX POPULI Полина Шиманская 9 апреля, 2015 08:00

Массовая вакцинация от кори: риск побочных эффектов

Массовая вакцинация от кори: риск побочных эффектов
Фото: Мухтар Жиренов
Что на самом деле случилось с девушками, которые пострадали в результате вакцинации против кори в Жанаозене? Из-за чего возникли у них судороги и обмороки? Почему больше месяца медики Казахстана не могут разобраться в качестве индийской вакцины против кори и вылечить подростков?

Журналисты VOX POPULI решили прояснить ситуацию и пообщались с кандидатом медицинских наук, врачом высшей категории, психотерапевтом – Жибек Жолдасовой. Жибек почти две недели оказывала психологическую помощь пострадавшим от прививок подросткам в Мангистауской области. Она обследовала более шестидесяти учащихся и посетила 20 семей.

В Казахстане продлен запрет на иммунизацию против кори еще на месяц (ранее запрет был до 2 марта). Причиной тому стала массовая госпитализация вакцинированных подростков, получивших прививку в Мангистауской, Костанайской, Восточно-Казахстанской и Карагандинской областях.

Началось все в середине февраля. Некоторые подростки массово стали жаловаться на температуру, головные боли, тошноту и онемение конечностей. В середине марта в социальных сетях появилось несколько видеороликов, в которых девушки из Жанаозеня, предположительно получившие прививки от кори, падали в обмороки и корчились от судорог.

Подростки попали в больницы уже после оказанной им помощи в Актау, Алматы и Астане в конце февраля и в начале марта. Среди родителей началась паника. Ситуация, складывалась неоднозначная. В истории Казахстана уже бывали побочные эффекты от разных прививок, но они происходили локально, хотя тоже вызывали волнения среди жителей разных городов.

В Министерстве здравоохранения и социального развития Казахстана традиционно заявили, что нынешняя пост-прививочная реакция ожидаемая, и число обратившихся составляет всего 0,03% от общего количества вакцинированных, что не противоречит стандартам ВОЗ.

Ухудшение самочувствия у тех, кто получил прививки от кори, в главном медицинском ведомстве объяснили «индивидуальной чувствительностью организма на введение вакцины». Чиновники здравоохранения продолжают настаивать на необходимости иммунизации подростков в возрасте от 15 до 19 лет, аргументируя это тем, что в 2014 году в Казахстане заболеваемость корью увеличилась в 4,4 раза по сравнению с 2013 годом.

По этой причине в феврале началась дополнительная иммунизация, которой планировали охватить 1,8 миллиона человек. Для этих целей было закуплено дополнительно 1 млн. доз вакцин индийского производства. И к 19 февраля уже были привиты 500 тыс. подростков. Ранее эта вакцина уже применялась в 45 странах мира, заявили в Минздраве.

И, тем не менее, в Министерстве национальной экономики решили приостановить вакцинацию от кори по постановлению главного государственного санитарного врача Казахстана Жандарбека Бекшина, который признал «проявления неблагоприятными».

При управлениях здравоохранения Карагандинской и Мангистауской областей были созданы рабочие комиссии, которые работают до сих пор. Только в Мангистауской области, где были зафиксированы самые массовые обращения и снято видео девушек, падающих в обморок, за этот период побывали десятки специалистов «из центра».

Недавно из региона вернулась известный врач-психотерапевт Жибек Жолдасова. Почти две недели она оказывала независимую психологическую помощь пострадавшим и их близким в Актау и Жанаозене и даже разработала свою программу реабилитации.

– Почему команды врачей, которые приезжали разбираться в ситуации до Вас, так и не выяснили причину недомогания у подростков?

– Да, сюда приезжали целые команды из Министерства здравоохранения, даже наши кафедралы из Алматинского центра психиатрии, но, видимо, конкретных действий не было предпринято, все осталось на словах. Консультанты разъехались, а местные врачи остались разочарованными, родители – тоже. Мне пришлось изучать ситуацию в регионе вместе с клиническим психологом из Шымкента Абылайханом Рысдаулетовым, который работал с людьми сразу после Жанаозенских событий в 2011 году. Он хорошо знает менталитет этих людей и понимает, как реагировать и как помогать. Тут очень важно учитывать местные особенности, многие ведь приехали из Туркменистана, родились там, они очень отличаются от всех остальных казахстанцев, это видно даже по отношению к врачам, они тут скорее обслуживающий персонал. Но надо признать, что им не хватило опыта, практики. Я с подобными приступами работала – они встречаются довольно редко. И местных врачей надо было обучать тому, как в таких ситуациях оказывать помощь, если бы они это умели или с ними хотя бы провели инструктаж, всего этого можно было бы избежать. Проблему должен был решать областной психоневрологический диспансер, но это почему-то не произошло.

– Что же на самом деле случилось с девушками? Почему такая реакция на вакцину?

– Связи с вакциной я не увидела, по крайней мере, у 85% подростков, которых я обследовала. Но могу сказать, что они пережили состояние паники и невроза. Кстати, как бы это многим не нравилось, скажу, что вакцина не вызывает невроз. Она всего лишь дала ожидаемую реакцию, которая прописана в аннотации – это температура, слабость, боль в суставах, корьевая сыпь. Все это проходит за два дня и называется поствакцинальной реакцией, она купируется в течение недели. Просто многие симптомы были расценены неправильно, судя по описанию детей, их родителей и то, что было написано в историях болезни. Случилось банальное проявление – это температура, которая вызывает озноб. Т.е. у детей и был озноб, их начинало трясти, но это назвали судорогами и понеслось.

– Неужели озноб может так походить на судороги? Детей же принимали профессиональные врачи?

– Видимо, было слишком большое поступление детей, что затруднило объективную оценку состояния, врачи растерялись и вовремя не смогли определить, что это такое, возможно, не стали вникать и слушать каждого. Поступало 30-40 детей одновременно, рядом стояло в три раза больше родственников, а это больше ста человек, и со всеми трудно было объясниться.

– Но разве такое массовое обращение в стационары после вакцинации – это нормально?

– Да, такой массовой реакции еще не было. И мы попытались проанализировать и понять суть проблемы. Врачи в Актау рассказывали, что в тот день привозили детей из Актау и Мунайлы, но всем им оказывали помощь на уровне приемного отделения. Такого массового потока, как в Жанаозене, там не было, хотя вакцины были из одной и той же партии. Я приехала в самый разгар «судорог», причем, возникли они у подростков уже по после того, как они пролечились в Алматы, Астане, Актау, вернулись домой, и только тогда начался такой «невроз», но не более того. Мозг не поврежден, это всего лишь психоэмоциональное состояние и это излечимо.

– Вам удалось убедить в этом детей и их родителей? Вы же сами говорите, что регион неоднозначный и люди тоже? Выходит такая реакция произошла именно потому, что это Жанаозень?

– В какой-то мере удалось успокоить большинство родителей, хотя они, конечно, скептически относятся к тому, что им говорят. Дети растеряны, и пока еще продолжают находиться в этом невротическом состоянии, отчасти это индуцируется родителями, которые поднимают панику. Замкнутый круг образовался: невроз у детей, который усугубляется реакцией родителей. Я считаю, что больница должна была быстро уведомить управления здравоохранения о ситуации, чтобы мобилизоваться и оказать быструю помощь, но это только мое предположение.

– Как себя чувствуют дети? Почему они до сих пор находятся на лечении в больнице, ведь прошло уже больше месяца с момента вакцинации?

– Сейчас у тех детей, которые начали лечиться по моим рекомендациям, начались улучшения. Невроз может затягиваться, к тому же идет индукция, все вокруг тоже нервничают. На данный момент сложно определить, почему случился этот массовый невроз, где именно произошёл спусковой механизм. Возможно, кто-то упал в обморок, у кого-то была анемия, сопутствующие заболевания. К тому же, у всех еще идет и гормональная перестройка: девочки в этот период особо ослабленные, подвержены неврозам. Не забываем, что это еще и учащиеся старших классов, колледжей – у всех у них экзамены, ЕНТ, что чревато повышенным напряжением, которое вот так потом дополнительно сказывается на многих.

– Это уже не первая негативная реакция на вакцинацию в Казахстане, ранее был случай, когда пострадали сотни малышей, к некоторым даже пришлось применять хирургическое вмешательство. Поэтому, можно сказать, что в обществе возникла вакцинофобия. Что теперь с этим делать?

– Прививки необходимы, но государство должно обеспечить население качественными вакцинами, это однозначно. Корь – опасная инфекция, летальность от нее очень высока. В 1980 году в мире от кори умерли более двух миллионов человек, а в 2013 году – 145 тысяч. И поэтому вакцина на сегодня является единственной панацеей.

– А вы своих детей вакцинируете?

– Да, я же знаю, что такое вакцина, нам на микробиологии четко объясняли, как она вырабатывается, какую пользу приносит, как работает в организме. Поэтому у меня даже нет мысли о том, что это может быть страшно или опасно.

– В СМИ и в соцсетях на Ваше исследование ситуации идет неоднозначная реакция – многие не верят, критикуют. Как Вы к этому относитесь?

– Вполне нормально, я была готова к такой реакции. Но критикуют в основном люди, которые далеки от медицины. Для меня главным было донести информацию, и я это сделала.

По предварительным данным также стало известно, что применяемая вакцина от кори соответствует физико-химическим и биологическим нормативам. К такому заключению пришли специалисты Национального центра экспертизы лекарственных средств, изделий медицинского назначения и медтехники. Однако окончательные результаты этой экспертизы будут получены, как ранее и было заявлено, к 20 апреля.

Поделись
Полина Шиманская
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000