VOX POPULI Григорий Беденко 7 апреля, 2015 14:00

«Аральск-7»: странная жизнь после смерти…

«Аральск-7»: странная жизнь после смерти…
Фото: Wikipedia
23 года назад президент РФ Борис Ельцин своим указом закрыл один из самых секретных военных объектов Советского Союза. Расположен он был в крайне удаленном и малонаселенном регионе, тогда еще огромной страны – на острове в центре Аральского моря, который до сих пор называется Остров Возрождения.

Известно, что на этом полигоне проводились эксперименты в сфере создания, производства и испытания одного из самых варварских видов ОМП – биологического оружия. И вот уже нет Аральского моря, остров тоже исчез, превратившись в часть материковой пустыни, а полигон все эти 23 года живет своей странной жизнью призрака.

Казахстанский журналист и блогер Григорий Беденко поделился с нашей редакцией уникальными материалами из своего архива, которые возможно, как-то объяснят феномен объекта «Аральск-7».

Один из самых известных снимков полигона на Острове Возрождения, сделанный американским разведывательным спутником KH-9 HEXAGON в разгар Холодной войны.

Вот таким было Аральское море в 60-е годы 20-го века. Красная стрелочка указывает на Остров Возрождения. Тогда его площадь составляла 260 квадратных километров, остров был изолирован от обитаемых мест десятками километров водной поверхности и очень суровой безлюдной пустыней. Интересный факт, остров открыл выдающийся русский географ Николай Бутаков в 1848 году и назвал его в честь императора Николая Первого. Современное название этого места появилось чуть позже. Там и располагался самый секретный советский полигон.

А вот так Аральское море выглядит сейчас. Воды практически не осталось, островов тоже. Белая линия обозначает государственную границу РК и Узбекистана.

Между бывшим Островом Возрождения на юге и полуостровом Куланды на севере, где сейчас находится одноименный казахский аул, остался лишь маленький пролив. А ведь еще в начале нулевых от Куланды до полигона надо было плыть на лодке по меньшей мере 3 часа, а потом еще 60 км ехать на машине. Об этом чуть позже.

Большая вода осталась только в Северном Арале, который превратился в автономный водоем, благодаря постройке Кок-Аральской дамбы. Сделано это было, чтобы хоть как-то возродить на казахстанской части Арала рыболовство. Но это одновременно был и окончательный приговор морю.

А вот теперь самое интересное. Полигон «Аральск-7», или поселок Кантубек, как он именовался на всех картах, находится здесь (показано стрелочкой).

На снимках из космоса полигон можно распознать по так называемой «звездочке». Это уникальный полевой аэродром, построенный из 4-х бетонных полос. Создание такой особенной конструкции было продиктовано очень переменчивыми ветрами на острове. Т.е. транспортный самолет мог приземлиться здесь практически в любых погодных условиях.

Полигон состоял из трех основных зон: 1 – аэродром; 2 – жилая зона; и находящаяся на значительном удалении от этих объектов, абсолютно закрытая – лабораторная зона 3. В нескольких километрах от полигона находилась пристань, куда приходили корабли и баржи с грузами, необходимыми для жизнедеятельности полигона. 

На этом изображении видно, что бетонные плиты со всех четырех полос аэродрома убраны. 

Некоторые плиты аккуратно сложены в сторонке. Это уже следы работы мародеров. После ухода с полигона военных, он фактически остался заброшенным и без охраны, чем и воспользовалось местное население и криминальные элементы. Полигон грабили, вывозя оттуда самое ценное, с середины 90-х до начала нулевых. А ценного там было очень много…

Административная и жилая зона полигона. Почти половина всех строений находится там, где всегда и находилась. Кое-какие строения разрушены наполовину, остальные разрушены полностью. 

1 – солдатские казармы и штаб полигона. 2 – жилая зона, многоэтажные дома для офицеров и членов их семей.

Котельная полигона. Для лабораторного комплекса требовалось много пара – работали автоклавы для стерилизации оборудования. И это при том, что источников питьевой воды на острове не было, она завозилась специальными баржами, а затем поступала на полигон по специальному трубопроводу. Он был сделан из таких сплавов, которые не подвергались коррозии. Впоследствии все трубы были вывезены с острова мародерами.

Частично разрушенная лабораторная зона. Она находилась в двух километрах от административной, и была полностью изолирована несколькими рядами колючей проволоки. 

Трехэтажное здание главной лаборатории. Именно здесь и проводились основные и самые опасные эксперименты, связанные с биологическим оружием.

А теперь мы предлагаем вашему внимаю уникальное видео, снятое во время моего посещения полигона в 2001-м году. Все вышеперечисленные объекты сняты с земли. Можно сделать вывод, что за 14 лет почти ничего на полигоне не изменилось. Оператор Хасен Омаркулов.

Вообще, информации, связанной с Островом Возрождения в сети можно найти немало. Однако, вся она разрозненная, а из-за полного отсутствия каких-либо официальных данных полигон-призрак оброс огромным количеством всевозможных домыслов, порой, самых невероятных. Поэтому, мне хотелось бы прежде всего прокомментировать то, что нам удалось снять. Я прошу прощения за не очень хорошее качество скринов с видео, однако, следует учесть, что оно единственное в своем роде. Здесь подробно снято внутреннее устройство главного лабораторного комплекса. Возможно, этот как-тот прольет свет на то, какие работы проводились на полигоне. 

Итак, путь на полигон начинается с экс-полуострова Куланды, где расположен крупный аул и довольно большая для этих забытых Богом мест конеферма. Разводят здесь и верблюдов.

Известно, что основные виды экспериментов с ОМП проводились на лошадях. И лошадей этих на полигон поставляла конеферма Куланды.

А это уже сам Остров Возрождения – пристань для кораблей и барж, доставлявших сюда всевозможные грузы и пресную воду. 

После развала Советского Союза полигон стал «собственностью» двух новых независимых государств: пристань на острове и база поддержки «Чайка», расположенная недалеко от Аральска (сейчас от нее ничего не осталось – разнесли по кирпичику местные жители), отошли к Казахстану. Аэродром, административная и лабораторная зона полигона стали частью территории Узбекистана.

Фактически наши мародеры орудовали на территории соседнего государства, причем совершенно безнаказанно. Полигон почти 10 лет, начиная с 1992-го года, когда оттуда был эвакуирован личный состав, никем и никак не охранялся.

Кстати, и попали мы туда, договорившись с «бригадиром» местных сталкеров. Условие было одно – не снимать их. Разбирали сооружения полигона две команды – одна работала на острове, вторая вывозила стройматериалы, трубы, солярку и прочие полезные вещи в сторону Аральска. Местные рыбаки на своих старых моторных лодках перевозили все это через пролив. В 2001-м году по нему нужно было плыть примерно три часа. Остров соединился с материком, где-то к 2009-му году. У сталкеров было по меньшей мере два высокопроходимых грузовика – трехмостовый «Урал» на Куланды и cтарый брошенный военными «ГАЗ-66» на острове. Его сталкеры восстановили до эксплуатационного состояния, завезя на остров запчасти.

Полигон прикрывали военные катера.

Патрульный катер проекта Т-368 с порядковым номером 79 построен в 1973 году. Это одна из модификаций советских катеров-торпедоловов. Предприятие Г-4306 – Сосновский судостроительный завод. Расположен в городе Сосновка Кировской области РФ. Завод стоит на берегу реки Вятки, притока Волги. На Аральское море, по всей видимости, катер попал по железной дороге с одного из каспийских портов.

А на этих самоходных баржах на Остров Возрождения доставляли пресную воду.

Административная зона полигона.

Загадочное помещение с очень сложной системой забора воздуха и вентиляции. Можно предположить, что здесь стояли мощные дизель-генераторы. По всей видимости, они давали энергию для полигона.

Аллея с уличным освещением в административной зоне.

Останки мощного компрессора.

Здание, построенное 1963 году.

Это был офицерский клуб и кинотеатр по совместительству. Вообще, история полигона началась еще в далеких 30-х годах, когда на Острове Возрождения высадилась экспедиция под руководством знаменитого русского бактериолога Ивана Великанова. Его задачей было исследовать возможность применения бубонной чумы в качестве средства уничтожения живой силы противника. Впоследствии этим весьма успешно занимались в Китае японские захватчики, ставя там над людьми совершенно чудовищные эксперименты. А профессора Великанова в 1937-м году арестовало НКВД, и работы были свернуты вплоть до начала Холодной войны. Так что, на полигоне несколько, так сказать, культурных слоев. 

Узел связи полигона.

На Острове Возрождения были военный госпиталь и поликлиника.

Арка на входе в жилую зону полигона.

Двухэтажное здание детского сада. Военные микробиологи жили на Острове Возрождения с женами и детьми.

Жилая зона полигона – добротные дома из силикатного кирпича. Они сохранились лучше всего.

Вид на административную зону с крыши жилого дома. Видны солдатские казармы и здание штаба.

Административная зона также состояла из однотипных одноэтажных щитовых домиков.

Очевидно, пик исследований по тематике биологического оружия пришелся на конец 70-х, начало 80-х годов. Именно тогда, количество военных специалистов и членов их семей, постоянно проживающих на Острове Возрождения, достигло по разным данным 1500 человек. Для этих людей была создана максимально комфортная по тем временам и в тех условиях обстановка. Находились они весьма в двусмысленном положении. Во-первых, в 1972-м году Советский Союз присоединился к так называемому «Пакту Никсона». Этот международный документ запрещал исследование, разработку и испытание всех видов ОМП на основе биологического оружия. Однако, исследования тайно проводились, как в США, так и в СССР.

Табуретка так и осталась стоять на балконе офицерской квартиры. Настоящей катастрофой для людей, работавших на острове стал 92-й год, когда полигон был закрыт президентским указом. Эвакуация персонала происходила столь стремительно, что военные побросали в квартирах все крупногабаритные вещи – мебель, телевизоры, стиральные машины, холодильники и т.п. Вполне вероятно, что людям обещали скорое возвращение на остров, которого так и не произошло. А все самое ценное досталось мародерам. Кроме личных вещей военных на полигоне фактически брошенными оказались склады ГСМ, автотранспорт и многое другое. Правда, как говорят, сталкеры, запасы продуктов питания оказались непригодными к употреблению, так как были засыпаны хлоркой и залиты лизолом. Перед уходом с полигона военные провели масштабную дезинфекцию всех объектов.

А это уже подземелья главного лабораторного комплекса. Здесь стояли мощные автоклавы для температурной обработки оборудования.

Все мылось и стиралось в обычных чугунных ваннах, правда, кроме двух кранов с холодной и горячей водой, к ним был подведен третий – с дезинфектантом.

Эти зловещие конструкции представляют собой так называемые «взрывные камеры». Принцип был таков: помещение было разделено на две части – «грязное» и «чистое». В оба можно было попасть только пройдя санпропускник с душем из дезинфектанта. В одной части камеры открывался затвор, туда по специальным направляющим заводилась клетка с подопытным животным. Затем затвор закрывался, производилось заражение животного биологическим агентом в виде аэрозоля. После с «грязной» стороны специалисты принимали клетку, и далее проводили наблюдения за ходом болезни.

«Взрывные камеры» находятся на втором этаже комплекса в полностью изолированном помещении с герметичными дверями.

А это помещение представляет собой «каменный мешок» – три санпропускника ведут в комнату без окон. 

Здесь стоит камера, типа 5 K-НЖ, под номером 254, выпущенная в 1974 году. Такие устройства используются для работы с радиоактивными материалами. Специалисты «Аральска-7», очевидно, приспособили ее для биологических экспериментов.

Через этот затвор в камеру подавались материалы для экспериментов.

Знак биологической угрозы на герметичной двери второго этажа.

В этих шкафах, по всей видимости, производилась расфасовка биологических агентов. Это могла быть, например, вакцина от особо опасной инфекции.

А вот это, пожалуй, самое интересное изображение! На двери в еще один «каменный мешок» написано следующее: «Опасно! Т – 37, Т +27». Cпециалисты говорят, что температура в минус 37 градусов по Цельсию оптимальна для хранения штаммов бубонной чумы, а плюс 27 – спор сибирской язвы или антракса. Вот в какой-то степени и объяснение, с чем именно работали на полигоне. Граффити в левом верхнем углу двери – это уже новый «культурный слой». Его оставили сталкеры.

Военные покидали полигон так быстро, что даже не успели «замести следы», оставив таблички с фамилиями и инициалами ответственных за тот, или иной участок. 

За мужской санпропускник был ответственен офицер Миронин А.В.

А за опасную печь №6 В. П. Душаев. Что сжигали в этой печи, можно только догадываться.

А вот еще любопытная надпись. В лаборатории работали и солдаты-срочники. Сейчас им уже по 46 лет. Наверное, они многое могли бы рассказать об этом месте, но, по всей видимости, находятся под практически пожизненной подпиской о неразглашении.

Помещение для экспериментов – толстый иллюминатор, как на атомной электростанции, центрифуга, ванна и какого-то непонятного назначения стальной ящик с мощным замком. Все выкрашено в неприятный защитный цвет.

Вот так главный лабораторный комплекс выглядит изнутри…

…а вот так – снаружи…

Что нам еще известно об этом загадочном месте?

В период с 95-го по 98-й годы на Острове Возрождения побывала американская разведывательная миссия, с целью собрать максимальное количество данных и образцов с полигона. За это американская сторона выделила властям Узбекистана 6 миллионов долларов.

Но, пожалуй, больше всего информации, заслуживающей доверия в свое время опубликовал знаменитый микробиолог Канатжан Байзакович Алибеков, более известный, как Кен Алибек.

Биография этого человека поистине легендарна. Родился он в 1950-м году в поселке Каучук Казахской ССР. В 1975-м году окончил военный факультет Томского медицинского института по специальности «инфекционные заболевания и иммунология». С 1975-го года работал в военно-биотехнологическом комплексе «Биопрепарат» при Совете Министров ССР, расположенном в г. Степногорске, по тематике разработки и испытания биологического оружия. С 1988-го по 1992-й годы занимал должность первого заместителя начальника Главного управления «Биопрепарата». Являлся научным руководителем программ по разработке биологического оружия и биозащиты. Специалист в области иммунологии, биотехнологии, биохимического синтеза, а также острых и хронических инфекционных заболеваний.

Является также полковником советской армии с отставке.В начале 1992-го года Кен Алибек уволился из управления в связи с несогласием продолжать военно-биологические разработки, и в этом же году эмигрировал в США. В 1999 году опубликовал книгу под названием Biohazard (соавтор – широко известный в Северной Америке журналист Стивен Хендельман). Книга опубликована на многих языках мира, а российское издание Biohazard вышло в 2003 году под названием «Осторожно! Биологическое оружие!».

Вокруг личности Кена Алибека продолжаются постоянные дискуссии: в США и в Европе его считают одним из самых выдающихся людей, остановивших гонку биологических вооружений (с 2000 по 2006 годы он был в списке выдающихся исторических личностей по версии ВВС), а в военных кругах СССР – считали предателем, раскрывшим подготовку СССР к биологической войне. Является одним из самых активных противников использования микроорганизмов как способов ведения войн.

В 2010 году переехал в Астану, столицу Казахстана. В настоящее время возглавляет кафедру химии и биологии в Школе наук и технологий «Назарбаев университета», где, в том числе, занят разработками противораковых препаратов и лекарств по продлению жизни, а также является председателем правления Республиканского научного центра неотложной медицинской помощи. Сохранил гражданство США.

Еще в США я брал интервью у Канатжана Байзаковича, и вот что он рассказал про Остров Возрождения

Г.Б.: Раньше на Западе активно обсуждали успехи Советского Союза в создании биологического оружия. Какое общее мнение в США сейчас.

К.А.: Советский Союз имел самую мощную в мире программу создания биологического оружия. Я не считаю, что это могло быть предметом для особой гордости, но страна имела ученых, которые были в состоянии разработать технологии производства биологического оружия огромной силы. Первые его образцы были испытаны в конце 30-х годов. Для этого был выбран отдаленный безлюдный Остров Возрождения в Аральском море. Здесь испытывались первые образцы биологического оружия на основе туляремии, сапа, чумы, сибирской язвы. Остров Возрождения несколько десятилетий был основным полигоном для советской программы биологического оружия. А производилось это оружие в Степногорске, неподалеку от нынешней столицы Казахстана Астаны. Организация называлась «Биопрепарат». С 1983-го по 1987-й годы я был директором этого комплекса. Моя задача была разработать новый вариант оружия на основе сибирской язвы. Она была выполнена в 1987-м году. Существовало только одно ведомство, заинтересованное в этой задаче – министерство обороны. Сейчас, скорее всего Россия не имеет какой-то развитой программы, связанной с биологическим оружием.

Г.Б.: Боевой антракс производился у нас почти в промышленных масштабах. А куда делись все запасы?

K.A.: К 1990-му году в Советском Союзе было наработано порядка 200 тонн боевого агента на основе сибирской язвы. Оно было разработано в Свердловске (ныне Екатеринбург, – Г.Б.) Там был институт инженерных и технических проблем защиты от биологического оружия, который в конце 80-х годов был демонтирован по приказанию генерал-лейтенанта Лебединского. Он был начальником 15-го управления министерства обороны СССР в то время. Причиной демонтажа стал скандал из-за вспышки сибирской язвы в Свердловске в 1979-м году (речь идет о катастрофе в вышеназванном институте, когда из-за ошибки оператора сушильного шкафа, который неправильно установил воздушный фильтр, в атмосферу было выброшено смертельно опасное количество спор антракса. В результате в Свердловске от этого заболевания по разным данным погибло от 70-ти до 100 человек. – Г.Б.) Очень сильное было давление со стороны США и Великобритании. Сначала все биологическое оружие перевезли на железнодорожную станцию Зима, в район озера Байкал. Там было специальное хранилище для биологического оружия. Оно просуществовало там недолго, по каким-то причинам был дан приказ уничтожить все запасы сибирской язвы. В 1989-м была создана специальная группа из офицеров 15-го управления министерства обороны. Насколько мне известно, возглавлял эту работу генерал-майор Евстигнеев Валентин Иванович. Сибирская язва в специальных контейнерах была доставлена в город Аральск, оттуда – на Остров Возрождения. Контейнеров (они назывались ТР-250) было огромное количество. Каждый вмещал 250 килограммов сибиреязвенной рецептуры. Бактерии были инактивированы и закопаны. Но, у сибирской язвы есть одна особенность: ее невозможно таким образом уничтожить на 100%. И поэтому, если взять анализ в местах захоронения, безусловно, выявятся споры сибирской язвы в достаточно большом количестве.

Г.Б.: Насколько это опасно сейчас?

К.А.: Разговоры о том, что сибирская язва может вызвать эпидемии в Казахстане, не имеет смысла. И вот почему. По большому счету, в Казахстане много мест, зараженных сибирской язвой. Их можно найти в любом скотомогильнике с останками животных, умерших от этой болезни десять, двадцать, и даже пятьдесят лет назад. И нет нужды эти скотомогильники дезинфицировать: cпоры сибирской язвы, если они находятся в почве, не могут взлетать в воздух, создавать аэрозоли и перелетать на сотни километров. Поэтому, если не тревожить скотомогильники, вероятность заражения достаточно низкая. Но, одна деталь, связанная с островом, заставляет волноваться. Если это озеро высыхает, и есть опасность, что Остров Возрождения соединится с материком, могут возникать эпидемии сибирской язвы среди стад сайги. Это самая большая опасность. Но, если люди не будут ходить на остров, вероятность большой эпидемии сибирской язвы малореальна.

Г.Б.: Но ведь люди могут попасть туда с вполне определенной целью – найти эти могильники и завладеть смертоносными биоагентами.

К.А.: Есть страны, и есть организации, которые теоретически заинтересованы в подобном. 

А вот и сам предмет интервью. Боевой агент антракса, созданный командой Кена Алибека. Чтобы заболеть, человек должен вдохнуть определенное количество спор сибирской язвы. В качестве биологического оружия бациллы антракса лабораторным путем приклеиваются к шерсти тонкорунной овцы, а затем высушиваются по специальной технологии. Вдохнув такую шерстинку, человек гарантировано заболевает сибирской язвой.

И еще немного информации про полигон. В 2002—2003 годах группа специалистов Казахского научного центра карантинных и зоонозных инфекций (который, кстати, находится под патронажем Соединенных Штатов) высаживались на Остров Возрождения с целью поиска захоронений сибирской язвы. Однако, результаты экспедиции сразу же были засекречены. Определенного вида работы, по всей видимости, там проводились вплоть до 2008-го года, когда Узбекистан, опять-таки на американские деньги и под чутким американским руководством, якобы начал поиски месторождения нефти и газа в районе острова. Аналогичные изыскания проводила и казахстанская сторона. Затем, когда там ничего не нашли, тема была закрыта.

По некоторым данным работы были связаны не с нефтью и газом, а именно с ликвидацией захоронений антракса. Однако, подтвердить, или опровергнуть это никто не может. Официальные органы снова все закрыли, а добиться какой-то информации от Узбекистана можно примерно с тем же успехом, что ожидать гласности по ракетной программе Северной Кореи.

Где-то к 2010-му году в СМИ проскользнула информация, о том, что захоронения уничтожены. Но она снова никем не подтверждена. Ну, и наконец, также была информация, что казахстанские специалисты будут мониторить бывший полигон вплоть до 2014-го года. Одновременно, очевидно, были приняты меры по искоренению сталкерства на Острове Возрождения. В Аральске сегодня расположена пограничная застава, к делу подключилась и местная прокуратура. По всей видимости, то же самое проделала и узбекская сторона.

Однако, во всей этой истории есть какая-то недосказанность. И события последнего десятилетия это подтверждают.

2003-й год. Эпидемия атипичной пневмонии (SARS) буквально косит людей в Китае. В разных странах мира от этой загадочной болезни, от которой нет ни вакцины, ни лекарств погибают несколько тысяч человек. Ученые (на официальном уровне) ломали себе голову, почему безобидный коронавирус, не поражающий человека, стал столь агрессивен по отношению к этому биологическому виду. На неофициальном – речь шла о биологическом оружии: коронавирус прошел процесс генной модификации. В него вмонтировали частичку ДНК очень опасного для взрослых людей заболевания – кори. И что интересно, дети атипичной пневмонией не болели. В результате, вирус исчез так же загадочно, как и появился. Причем, без всяких последствий. А теперь вспомним, какое крупнейшее мировое событие произошло в 2003-м году – вторжение США в Ирак с целью свержения режима Саддама Хусейна. И во всем мире проходили многотысячные антивоенные акции на улицах городов. Простое совпадение?

2007-й год. Очередная эпидемия вирусного заболевания, от которого невозможно защититься – птичий грипп. Наиболее агрессивным оказался штамм Н5N1. И тут, по чудесному стечению обстоятельств, единственное эффективное средство борьбы с инфекцией оказывается у единственной в мире фармацевтической компании, швейцарской F.Hoffmann-La Roche, Ltd – это препарат под названием «Осельтамивир» с торговой маркой «Тамифлю». Ее доходы в считанные месяцы вырастают до астрономических сумм.

И, наконец, 2014-й. В юго-западном регионе Африки людей сотнями в день косит геморрагическая лихорадка Эбола. Кстати, название свое она получила в честь реки Эболы, которая течет в Заире. Именно там впервые был выявлен вирус, который хоть и считался опасным, но не настолько, чтобы представлять собой угрозу мирового масштаба. Что первым делом сделали США и Россия? Направили в пораженные страны своих военных микробиологов с целью изучения последствий заболевания, а может быть чего-то еще…

Считается, что в мире сегодня никто не разрабатывает и не производит биологическое оружие. Но так ли это на самом деле? «20-й век был веком атомной энергии, – говорят ученые, – а 21-й – это век биологии». И унылые руины самого секретного полигона, которые до сих пор стоят в дикой безводной и ветреной аральской пустыне – тому напоминание.

P.S. В дальнейшем наша редакция планирует продолжить тему проблем биологической безопасности. Поэтому мы будем рады любым предложения по съемке репортажей, и любой информации по данной тематике от всех заинтересованных лиц и организаций, которые изъявят желание ей поделиться.

В этом репортаже использованы материалы Википедии и проекта Google maps.

Поделись
Григорий Беденко
Григорий Беденко
журналист, фоторепортер, блогер
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000