VOX POPULI Райхан Рахим Чингиз Сайханов 21 июля, 2014 13:24

Чабанская стоянка

Чабанская стоянка
Райхан Рахим и Чингиз Сайханов провели сутки в степи Южно-Казахстанской области. Героем их нового репортажа стал обычный чабан Женис, который пасет стадо из 800 овец.
Чабанская стоянка

Шардаринское водохранилище, расположенное на границе Казахстана с Узбекистаном, было создано около пятидесяти лет тому назад для орошения сельского хозяйства Мактааральского района.

Чабанская стоянка

Союзные времена, когда хлопок сеяли в огромных масштабах, местные жители называли золотыми для района. Теперь у каждой семьи по-прежнему есть несколько гектаров земли для хлопка, которые обрабатывают поодиночке или дружной семейной общиной. Многие сельчане бросили это занятие, считая более прибыльным разводить скот.

Из-за строительства трассы Жетысай – Шардара, которая должна соединить два района более короткой и удобной дорогой, воду перекрыли дамбами. И обширная территория водохранилища, залитая раньше водой, превратилась во временное пастбище для скотоводов, имеющих небольшие отары овец и коз.

Чабанская стоянка

Машина резко остановилась, утонув в клубах пыли. Наш местный гид ведет переговоры с чабаном по имени Женис. Услышав наше предложение, Женис смущенно улыбается и говорит:

– Там Марат со своей женой живет, они сами хозяева и сами пасут скот, к ним вам надо ехать. А я что? Я простой чабан, работаю за 40 тысяч в месяц.

Но потом соглашается и говорит, что всегда рад гостям, но сразу предупреждает, что быт у него не налаженный. Но, если мы захотим, он может освободить для нас свой вагончик на эту ночь.

Чабанская стоянка

45-летний Женис работает чабаном два года. В его стаде около 800 овец и коз, это собственность двух хозяев. По словам чабана, один из них редко интересуется своим живым имуществом, а вот второй постоянно держит связь с Женисом.

Он старается добросовестно относиться к своей работе, а хозяева это ценят:

– Часто чабаны могут продать баранов или зарезать их на мясо для себя, или недосмотреть и оставить больных овец, а нехватку списать на шакалов и волков.

Продукты, воду, сигареты и все, что необходимо, Женису привозят через день. Если случаются задержки, то быстрее всего заканчивается вода. Тогда приходится набирать воду для питья из водохранилища. Но это небезопасно, после такой воды, как минимум, болит живот.

Чабанская стоянка

Пока мы разговаривали с Женисом, животные ушли знакомой дорогой на водопой. Чабан крикнул нам, чтобы мы шли следом, и позвонил соседу, чтобы сказать, что приехали гости из Алматы.

Чабанская стоянка

C другого края идут овцы соседнего стада, Женис следит, чтобы животные не смешались:

– Работа чабана почти круглосуточная, есть только небольшие перерывы на отдых. Овцы идут пастись еще до рассвета и до обеда. После этого трехчасовой отдых. А потом я снова выгоняю их на пастбище. И так до заката. В два часа ночи встаю, чтобы проверить, не ушли ли они, пригоняю снова отару.

Чабанская стоянкаЧабанская стоянкаЧабанская стоянкаЧабанская стоянка

Сегодня очень жарко – 52 градуса, и даже привыкший к жаре Женис чувствует себя неважно, его рубашка насквозь промокла. Уже полдень, он с облегчением загоняет тяжело дышащую отару под деревья и готовится к долгожданному отдыху.

Чабанская стоянка

Обычно для чабанских стоянок используются юрты, но у Жениса, как и у остальных местных чабанов, вагончик на колесах. Он удобен тем, что в любое время его можно перегнать на другое место.

– Здесь не совсем чисто, – стесняется Женис. – Зато нет клопов!

Чабанская стоянка

Я пытаюсь смыть пыль с лица, которая даже на ресницах лежит плотным слоем. Чингиз льет мне из старенького железного кумгана воду на ладони, от неожиданности я одергиваю руки – вода обжигающе горячая.

Тем временем Женис готовит обед. Через час он выносит скатерку, лепешку, вермишель и закопченный чайник. Смущенно говорит, что сахар закончился, а хозяин что-то задерживается, потому и воду надо экономить. Над головой печет солнце, жужжат мухи и в трех шагах лежит больная овца. Жалобно блеют два крохотных новорожденных ягненка. Пока в стадо пускать их опасно – если отобьются, их сразу загрызут шакалы.

Женис наливает чай и рассказывает, что чаще всего он сильно устает и не готовит обед, ограничиваясь лепешкой и айраном.

Чабанская стоянка

Больная овца вдруг начинает возиться, поднимая пыль. Женис оттаскивает ее в другой угол вагончика. Она совсем ослабла. Чабан звонит хозяину и говорит, что она совсем не двигается и надо скорее резать, пока не поздно. И для убедительности добавляет, что как только голова овцы опускается к земле, животное уже не жилец. Немного посомневавшись, хозяин дает добро на то, чтобы зарезать ее. Женис просит его, чтобы он как можно скорее заехал за мясом.

Чабанская стоянкаЧабанская стоянка

Закончив переговоры, Женис вновь превращается в гостеприимного хозяина. Он рассказывает, что в молодости работал пару лет в Алматы, там немного выучил русский язык и знает, как живут люди в столице.

Вообще-то владелец овцы сказал оставить мясо себе, ему не жалко, но Женис сразу столько не съест, а мясо пропадет. Можно было бы, конечно, круто посолить и повесить на перекладину вагончика, но, как назло, и соль закончилась. Плохо, что его семья живет в 300 километрах отсюда, а то передал бы через сына излишки мяса.

Раз в месяц ему дают кратковременный отдых на несколько дней. Вскоре он должен ехать домой – пришло время очередного полива хлопка. Дома он отмывается в бане, выполняет всю работу и снова отправляется на заработки.

У него есть хлопковое поле в три гектара, вместе с родственниками он обрабатывает их поля, а потом они помогают ему. И осенью получают неплохие деньги. Ему хватало бы, но один из сыновей Жениса работал в Кызылорде и там тяжело заболел. Теперь он лечится в больнице, и все, что зарабатывает Женис, уходит на его лечение.

Чабанская стоянка

Немного отдохнув, он принимается за овцу. В этой местности в корнях трав есть инфекция, поэтому животные часто болеют. Осенью стада пускают на арбузные и хлопковые поля, но лучше всего пасти овец в песках – там чище и дышится легче.

Чабанская стоянка

Солнце в зените, от земли и трав идет тяжелый горячий воздух, ощущение, что мы находимся в бане. Женис смотрит на вспотевшего Чингиза и говорит: "Там вода есть", – и машет в сторону водохранилища: – "Заходи и купайся".

Чабанская стоянкаЧабанская стоянкаЧабанская стоянка

Женис управляется с овцой всего за каких-то полчаса, вешает тушу и аккуратно вымывает кровь. Внутренности бросает собакам, но Тарзан, самый крупный алабай, равнодушно смотрит в сторону. Женис объясняет, что собаки едят по ночам.

Чабанская стоянка

Отдохнувшее стадо уже само тянется к траве. Вымыв начисто руки, Женис наливает воды, насыпает насвай и идет за ними. Попутно он предупреждает, чтобы мы были осторожнее, потому что в этой местности водятся огромные ядовитые змеи. Несколько дней тому назад он убил одну такую, заползшую в его вагончик.

Чабанская стоянкаЧабанская стоянка

Отдохнув, овца-мать подходит к своим ягнятам, один из них изо всех сил тянется к ней, второй безучастно лежит. Встревоженная мать блеет и зовет его. Но он, кажется, не проявляет к ней никакого интереса. Немного покормив ягнят, мать бежит за далеко ушедшим стадом.

Чабанская стоянкаЧабанская стоянка

За нами заезжает сосед Жениса, Марат, его вагончик находится в трех-четырех километрах. Он спрашивает:

– Журналисты? Что здесь потеряли?

Говорим, что приехали фотографировать жизнь чабанов. Он оглушительно смеется и бормочет что-то вроде: "Вот делать нечего людям!". И сообщает, что мы должны сфотографировать и его. Он садит нас на свой мотоцикл, и мы едем к нему в гости.

Чабанская стоянка

Марат пасет овец еще с седьмого класса и привык к такой уединенной жизни. Сейчас ему 33 года и он считается опытным скотоводом. Но прошлой зимой он совершил серьезную ошибку: оставил стадо зимовать в этой местности, и многие животные погибли.

– Сюда сколько чабанов приходили с большими стадами, а уходили банкротами. Нельзя здесь долго задерживаться – неподходящее место для скота, – говорит Марат.

Теперь Марат планирует продержатся в этих местах до осени, а затем уйти в чистые пески.

Чабанская стоянка

Марат живет вместе со своей женой Гульжан и младшим братом. У него стадо в 500 голов, скот начал разводить еще его дед. Теперь задача Марата не растерять, а приумножить родовое богатство. В отличие от других владельцев он не доверяет наемным чабанам и пасет свой скот сам.

О своей жене он рассказывает всю дорогу, говорит, что она отдает все указания, а он выполняет их, что она шустрая и хорошо говорит по-русски. А еще она хорошая помощница, ухаживает за стадом и новорожденными и профессионально стрижет овец.

Чабанская стоянка

Стеснительная и скромная Гульжан на мой на вопрос, трудно ли ей здесь живется, сразу отвечает, что здесь, как в поселке, нет магазина, чтобы купить хлеб. И в подтверждение начинает печь хлеб. На стоянке они живут с прошлого года, но часто стараются уезжать домой, так как сильно скучают по детям, оставленным у дедушки с бабушкой.

Чабанская стоянка

Пока Гульжан печет хлеб на печке, на которой же и готовит пищу, Марат уезжает присмотреть за стадом. В отличие от вагончика Жениса здесь чувствуется женская рука и налажен кое-какой быт. Несмотря ни на что, Гульжан улыбается и говорит, что уже привыкла к такой жизни. Электричество подключено к аккумулятору, есть душ. Да и пища, приготовленная на таком огне, получается вкуснее.

Чабанская стоянкаЧабанская стоянкаЧабанская стоянкаЧабанская стоянкаЧабанская стоянка

Немного погостив у Марата и его жены, мы вскоре отправляемся "домой" – к Женису. Как назло, Марат срочно уехал, чтобы пригнать далеко ушедшую отару, и нам приходится пешком преодолевать несколько километров. Состояние тяжелое: в голове шумит и отчаянно хочется воды со льдом.

Что касается Жениса, то он проходит пешком минимум 25 километров. Хозяева обещают ему в следующем месяце привезти ишака. Конечно, еще лучше было бы на мотоцикле, но и за ишака можно сказать спасибо.

Недавно он вытребовал себе надбавку по зарплате. Раньше платили 35 тысяч тенге в месяц. Всем остальным чабанам в округе обычно платят 30 тысяч тенге, но они пасут стадо в 400–500 голов. А у Жениса почти в два раза больше, и стадо у него не уменьшается.

Чабанская стоянка

Девятый час вечера, еще издалека слышны крики Жениса и лай собак. Я торопливо варю на газовке ужин – рис быстрого приготовления в пакетиках, который заливаю сверху конской тушенкой.

Чабанская стоянка

Приходит усталый, но довольный Женис, неся под мышкой новорожденного ягненка. Он еще раз обходит свое стадо и долго возится с ягненком и его матерью.

Чабанская стоянкаЧабанская стоянка

Среди ночи чуткий сон Жениса несколько раз прерывал вой шакалов. Владельцы стада почему-то не построили кошары, поэтому овцы плотной стеной столпились возле вагончика. Услышав вой, они испуганно бросаются в разные стороны. Оживившиеся алабаи тут же начинают бегать рядом, помогая собрать стадо.

Чабанская стоянка

Женис снова уснул, мгновенно провалившись в сон. По его словам, бессонницей он не страдает. Всего через пару часов, еще до рассвета, у него начнется новый трудовой день.

Блогер меняет профессию: перегон скота

Поделись
Райхан Рахим
Райхан Рахим
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000