VOX POPULI Глеб Пономарев 29 января, 2014 14:19

Казахстанский рок

Казахстанский рок
Ни для кого не секрет, что сегодня в музыкальной жизни Казахстана главенствует той-бизнес. Однако есть у нас коллективы, предпочитающие форме содержание. Их практически не крутят по отечественному радио и не показывают по музканалам. О том, как живут алматинские рок-н-ролльщики, решили выяснить Глеб и Алина Пономаревы.
Казахстанский рок

Holy Dragons можно без колебаний назвать динозаврами казахстанского хеви-метала. Группа существует с 1992 года. За свою историю они выпустили не один альбом. Правда, не у нас, а за рубежом. Мы посетили музыкантов во время репетиции в домашней студии. На вопросы отвечает гитарист и лидер группы Юрген Сандерсон.


Казахстанский рок

V.P.: Сколько человек в вашей группе? Чем занимаются участники помимо музыки и на что живут музыканты?

– Сейчас нас 5 человек. Среди нас есть преподаватель английского языка, лингвист-филолог, автомеханик, дизайнер, звукорежиссер. Все мы заняты на обычных работах. Мы продали права на использование одной из написанных мною песен достаточно известной американской группе (название группы и песни мы не имеем права называть по условию договора), и это приносит регулярные денежные выплаты. Не так давно наш альбом Zerstorer был выпущен лейблом Pitch Black Records. Диск был напечатан в Германии, а сама студия базируется на Кипре. Это европейский продукт по всем критериям, сделанный в Европе и для Европы. Сейчас мы готовим к выходу следующий альбом на Pitch Black Records – на него планируется уже полноценная дистрибуция не только на Европу, но и на США, в планах осуществить пару поездок на крупные зарубежные metal-фестивали. Есть приглашения – почему бы не съездить!

Казахстанский рок

V.P.: Есть интересные и прикольные истории, произошедшие с вашей группой?

– Были такие истории! Самая запоминающаяся случилась во время концерта на Хеллоуин. На краю сцены стояли огромные тыквы с вырезанными физиономиями. Отыграли концерт, море эмоций, и тут один из фанатов, уже изрядно нахеллоуинившийся, надевает себе на голову одну из этих тыкв и, пошатываясь, идет к выходу. Ночь, осенний парк, голые серые деревья, полная луна освещает дорожку в парке, и по этой дорожке куда-то уходит одинокая пошатывающаяся фигура с огромной тыквой на голове!

Казахстанский рок

V.P.: Как вы оцениваете ситуацию с неформальной музыкой в Казахстане? Какие планы у вашей группы?

– Есть некоторое количество групп. Играют для своего удовольствия. Для того чтобы существовало какое-то развитие и какое-то "коммьюнити", этого недостаточно. Нет инфраструктуры, которая бы мотивировала развитие. Ты можешь играть классно, но когда будет готова концертная программа, у тебя будет выбор – или идти играть в загаженный подвал, где проведение концертов является чем-то не совсем законным, ибо занимаются этим люди без лицензии на этот вид деятельности, или на свои деньги арендовать зал, аппаратуру, вкладывать свои средства без надежды на минимальный возврат, ибо для рентабельности нужна отлаженная работающая инфраструктура, разовыми акциями ее не поднять. По большому счету, это никому и не надо. Для многих – все нормально, ведь достаточно включить любой местный канал, чтобы узреть несметные толпы штампованных певцов, поющих "современную молодежную музыку". Многие заняты копированием наиболее популярных образцов коммерческой музыки, конкретных групп с перенесением этого "на подвальный уровень", считая это "правильным подходом", но это не срабатывало еще в мире нигде и ни у кого.

Казахстанский рок

V.P.: О чем вы поете и что хотите донести до слушателя?

– В начале истории нашей группы большая часть лирики базировалась на фэнтези. Это не было прямым пересказом каких-то сюжетов, скорее аллюзии, иносказательные размышления на тему каких-либо жизненных ситуаций. Отдельно хочу рассказать о лирике нашего наиболее свежего альбома Zerstorer. Это концептуальный альбом, полностью посвященный холодной войне, а конкретнее – ее темным и переломным моментам, ее загадкам. Этот альбом не воспевает войну, в нем имеется четкий антивоенный позыв, но без излишнего морализаторства – оставим подобную работу ума для слушателей. Тематика альбома очень близка многим людям нашего поколения, чье детство и школьные годы выпали на самый разгар холодной войны. В воздухе витало ожидание неминуемого апокалипсиса. И нас, сознательно или нет, готовили к этому. Так что во многом этот альбом – "симфония ужаса".

Казахстанский рок

Других старожилов рок-сцены – команду NO Band – мы застали во время записи нового трека. К слову, их мелодичные и местами загадочные композиции нередко звучат в моих наушниках. Команда образовалась в 1994 году, с тех пор ребята записали два альбома – Three pieces of magic pie (1998) и Off the point (2001). Группа состоит из трех участников: Мурада Бинмуслим (гитара, вокал, флейта), Андрея Коршенко (бас, клавиши) и Bobа (барабаны, перкуссия). На вопросы отвечают фронтмен Мурад Бинмуслим и басист Андрей Коршенко.


Казахстанский рок

V.P.: Где и как часто вы выступаете? Записываетесь на студии?

– Выступаем редко, но концерты обычно проходят на ура, аудитория разная – и молодежь, и люди более старшего поколения. У нас есть своя студия, на которой мы и записываемся. Наброски к песням пишем по-разному, Андрей, например, на айпаде, Мурад иногда на диктофон пишет.

Казахстанский рок

V.P.: Есть интересные и прикольные истории, произошедшие с вашей группой?

– В другом городе перед концертом Мурада и нашего друга остановили полицейские и чуть не забрали в участок. Дело было вот в чем: Мурад вышел на улицу в концертном балахоне, со стороны это было похоже на побег из психушки. Потом мы все дружно доказывали, что у нас концерт через 5 минут.

V.P.: Как ты оцениваешь ситуацию с неформальной музыкой в Казахстане? Какие планы у вашей группы?

– Ситуация разная – кто-то развивается, кто-то закрывается. В последнее время больше стало звучать живой музыки. Или показалось? А планы... Хочется экспериментировать с нашим ранним стилем, сделать его твердым и в то же время легким. Творчество безгранично, хочется столько всего сделать, голова кругом. Хотим на пару треков ремикс сделать, всегда хотел поработать в проекте с диджеем.

Казахстанский рок

V.P. : На что живут музыканты вашей группы?

– У Мурада свой небольшой бизнес, у Андрея своя дизайн-студия, у Боба своя звукозаписывающая студия (там же пишем). Это дает нам возможность более позитивно смотреть на музыку.

V.P.: О чем вы поете и что хотите донести до слушателя?

– В раннем творчестве старались писать красивые сюрреалистичные тексты (в стиле Дали), они вязались хорошо с нашим стилем. Сейчас – в основном о хорошем и добром, только позитив, есть даже поучительные моменты, особенно это отражается в сольном проекте Мурада (The man who walks just right way).

Казахстанский рок

Перегруз до предела и максимальная громкость – это группа The Moloty. Можно сказать, что они экспортный продукт. Выступают ребята в основном за рубежом, где казахстанский панк-рок ценят гораздо выше, чем дома. На вопросы ответил фронтмен Данияр Разиев.


Казахстанский рок

V.P. : Как давно вы играете?

– С 90-х, когда в мейнстриме были депрессивно-романтичный grunge и брит-поп, когда врачеватели подростковых душ вышибали себе мозги, а мы в slayer-майках ибошили панк-рок в группе с идиотским названием "Молот Ведьм".

V.P.: Где и как часто выступаете? Как проходят концерты?

– Мы любим гастролировать. Больше выездов, больше угара, больше знакомств с интересными людьми, больше экшена. В прошлом месяце посетили с концертами Кыргызстан, Украину и Россию. Очень контрастно было после Москвы поехать в российскую деревню Иватино и играть в настоящем сельском клубе.

Казахстанский рок

V.P.: Записываетесь на студии?

– Мы записываем наши треки только "живьем". Нам нравится оставлять место для случайностей и хаоса. Мы не приемлем звукозапись как простое наслаивание звуков друг на друга. Наша цель – оказать влияние на внутреннее эмоциональное состояние других людей, ну и самоудовлетворение. Мы счастливы играть концерты, пусть даже для пяти человек, но мы будем выкладываться так, словно играем на Гластонбери.

V.P.: Сколько человек в вашей группе и чем занимаются участники помимо музыки?

– Нас трое, и все мы работаем в различных медиаорганизациях. Я, к примеру, музыкальный редактор на одном телеканале, Рауль читает новости на радио, а Игуаныч у нас видеооператор. Мы используем любую возможность для манипуляции сознанием широких масс.

Казахстанский рок

V.P.: Есть интересные и прикольные истории, произошедшие с вашей группой?

– В 2007 году мы играли на гейском фестивале Roze Zaterdag в Голландии. Мы испортили до неузнаваемости песню Sade "No Ordinary Love", а в конце песни наш гитарист воткнул гриф своего телекастера в задницу участвовавшей в шествии розовой коровы.

V.P.: О чем вы поете и что хотите донести до слушателя?

– Мы поем о ночной жизни вымышленных нами городов, о взаимоотношениях с реальными женщинами и об алкоголе! Мы пытаемся донести страсть!

Казахстанский рок

Когда предыдущие команды вовсю зажигали на сцене, некоторые музыканты этой группы еще не появились на свет. Молодой коллектив Brighter than the Sun собрался совсем недавно. Его участники полны энтузиазма и сносно экспериментируют со звуком. На вопросы отвечает вокалист Александра Всеволодова.

Казахстанский рок

Команда играет в жанре инди-поп, в нынешнем составе существует всего полгода.

V.P: Где и как часто выступаете? Как проходят концерты и кто ваша основная аудитория?

– У нас еще не было концертов, но мы планируем затронуть достаточно широкую публику. Мы не хотим ограничиваться местами выступлений местного андеграунда.

V.P. : Как ты оцениваешь ситуацию с неформальной музыкой в Казахстане? Какие планы у вашей группы?

– К сожалению, в данное время в нашей стране доминирует такое направление, как поп, которое очень жестоко вытесняет другие стили музыки. На данном этапе мы собираемся немного приобщиться к этому стилю (поп) и постепенно, путем экспериментирования со стилями, менять направление нашей музыки в сторону не совсем полностью воспринятых стилей, дабы народ Казахстана услышал, что помимо поп-музыки есть и что-то другое.

Казахстанский рок

V.P.: Приносит ли это доход?

– Мы все сделаем для того, чтобы в этой сфере добиться как можно больше. А зарабатывать на жизнь нужно – от этого никуда не денешься, работу и музыку по времени совмещать не так-то просто, так или иначе не будет полной самоотдачи. Как говорится, счастье – это заниматься любимым делом, а еще большее счастье, когда тебе за него платят.

V.P.: Сколько человек в вашей группе и чем занимаются участники помимо музыки?

– Нас пятеро пока: соло-гитара – Аскар Турмагамбетов, ритм-гитара – Диони Тесла, драммер – Ксения Нестерова, бас-гитара – Алексей Мальяков, вокал – Александра Всеволодова, скоро еще будет клавишник.

Казахстанский рок

V.P.: На что живут музыканты вашей группы?

– Работают, учатся. Аскар – аналитик кредитования риска. У Леши собственный бизнес, Александра – логист. Дионис и Ксюша – студенты, помимо этого Ксюша работает аналитиком.

V.P.: О чем вы поете и что хотите донести до слушателя?

– О глубоком смысле жизни, о любви, счастье, радости, о высоких идеалах – обо всем только хорошем.

Казахстанский рок

Известная в узких кругах группа "Шаман Еще Бубен" всегда готова погрузить вас в легкий транс. На вопросы ответил лидер группы Иван Беседин.

V.P.: Сколько человек в вашей группе и чем занимаются участники помимо музыки?

– Сейчас нас трое. Барабанщик Родион Каминский, бас-гитарист Артем Скляр и я,Иван Беседин, играю на гитаре. Родион учится на финансиста. Артем – будущий юрист. Они оба преподают в музыкальной школе: Родя – барабаны, Тема – гитару. Я журналист, фотограф, а в прошлом году окончил магистратуру по специальности "режиссура игрового кино".

V.P.: Как давно вы играете?

– 10 лет. За это время состав группы менялся. Всякий раз проект выигрывал от этого, обновлялся под влиянием вновь прибывших талантливых людей. Все нынешние, как и ушедшие из группы, члены нашего коллектива – музыканты с огромным творческим потенциалом.


Казахстанский рок

V.P.: Где и как часто выступаете? Как проходят концерты и кто ваша основная аудитория?

– В основном в клубах, барах, на открытых площадках. На Арбате. Так сложилось, что у нашего коллектива весьма эрудированная и музыкально подкованная публика, от этого наша ответственность возрастает многократно. Нехватка площадок для выступлений – это большая проблема для алматинских музыкантов. А уж мест, где музыканты могут исполнять свою авторскую музыку, и вовсе нет. Сейчас в Алматы открылось новое заведение "По барабану". Это единственное место, где за авторскую музыку платят небольшие гонорары.

Казахстанский рок

V.P.: Приносит ли музыка доход?

– Это съедает без остатка все, что мы зарабатываем. Гонорары, которые нам платят за выступления, не могут окупить даже работу нашего концертного звукорежиссера. Но это наша музыка, наша душа. Поэтому мы платим. Сейчас мы хотим организовать в Алматы первый казахстанский пост-рок-фестиваль. Ищем спонсоров и волонтеров. Кто-то должен заполнить музыкальный вакуум. Эфир полностью захвачен отупляющей попсовой чушью, которая разъедает интеллект слушателей, как ржавчина. Как-то я спросил у своего друга Артема Пыльнова, который играет на ударных в группе Motor-Roller, почему при всей нашей упертости и самоотречении, имея достойные инструменты и серьезную звуковую аппаратуру, мы никак не можем приблизиться к уровню западных и европейских музыкантов. На что он совершенно просто ответил: "У них в голове "Мурки" нет". У западных музыкантов есть возможность заниматься чистым искусством. А у нас хорошие музыканты необратимо растрачивают себя, забывают про творчество, когда администратор в кабаке в очередной раз говорит им: "Вот 300 долларов, и уж сыграйте, пожалуйста, повеселей".

Казахстанский рок

V.P.: Как ты оцениваешь ситуацию с неформальной музыкой в Казахстане?

– Если вы имеете в виду независимые, альтернативные рок-ответвления, то, скорее всего, у нас для такой музыки нет будущего. Если государство поддержит своих по-настоящему талантливых авторов – рок-музыка будет развиваться. Нет – значит, культурного музыкального развития не будет. Будет звукоподражание на потребу. То, за что платят. Под что можно петь хором и танцевать. Настоящее искусство, увы, не всегда рентабельно.

V.P.: О чем вы поете и что хотите донести до слушателя?

– Мы чувствуем тенденции духовного обнищания общества, ощущаем, что живем в эпоху потребления и тотального безразличия. Наша музыка – это наша растерянность, страх перед будущим. Но это и наши надежды, которые мы, несмотря ни на что, не теряем.

Казахстанский рок

Казахстанско-македонская группа Yorkers на практике показывает, что рок-музыка может приносить не только радость музыкантам и слушателям, но и доход. Yorkers любит экспериментировать с разными жанрами: nu-disko, pop-rock, indie rock. В последнем составе существует 3,5 года. На вопросы ответил фронтмен Бранко Станойковски.

V.P: Где и как часто выступаете? Как проходят концерты и кто ваша основная аудитория?

– На данный момент мы являемся резидентами сети пабов Guns&Roses, но также выступаем и в других заведениях Алматы. Часто выезжаем в другие города на заказные концерты. В последний раз были в Кызылорде, очень понравилось, как нас там приняли. Наш слушатель – это возрастная группа от 18 до 40, я не шучу, правда так. Среди них и рокеры, и бизнесмены, на танцполе можно увидеть молодые парочки и солидных мужчин и женщин в годах, много иностранцев.

V.P.: Сколько человек в вашей группе и чем занимаются участники помимо музыки?

– В группе 5 человек. Барабанщик помимо музыки работает в нефтяной компании, клавишник и гитарист дают частные уроки своего ремесла, басист работает в телестудии.

Казахстанский рок

V.P.: Есть интересные и прикольные истории, произошедшие с вашей группой?

– Буквально в прошлую пятницу один из наших слушателей попросил помочь и принять участие в очень важном событии в его жизни. Он сделал предложение руки и сердца своей девушке. Было здорово, романтично. Все происходило на сцене, он опустился на одно колено, протянул кольцо, она сказала "да", и они унеслись танцевать под песни, связанные с их знакомством. В нашем исполнении, конечно.

Казахстанский рок

V.P.: Как ты оцениваешь ситуацию с неформальной музыкой в Казахстане?

– Неформальная музыка относится к маленьким субкультурным группам, так как их очень мало, популярностью она не пользуется. Во всем виновато отсутствие музыкальной культуры. Я поясню: очень мало профессиональных продюсеров, звукорежиссеров – в общем, мало профессионалов. А те, что есть, стоят очень дорого. Да и страна очень молодая, но лет через десять мы увидим исполнителей мирового уровня среди казахстанцев.

Казахстанский рок

V.P.: Приносит ли музыка доход?

– Все музыканты нашей группы, в том числе и я, имеют дополнительный заработок на второй работе. Все с высшим образованием, поэтому проблем не возникает. Наоборот, у нас есть преимущество – мы получаем деньги за дело, которое любим.

Поделись
Глеб Пономарев
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000