HISTORY Татьяна Гуржий 15 августа, 2013 11:51

Война и люди

Война и люди
Как вы знаете, мы очень любим рассказывать семейные истории, в которых исторические события переплетаются с судьбами людей, живших когда-то в нашей стране. Журналист Татьяна Гуржий сегодня вспоминает о членах своей семьи, ставших свидетелями и участниками революции и ВОВ.
Война и люди

Я никогда не видела своего деда. Он погиб почти за двадцать лет до моего рождения – в марте 1944 года. Брат моей мамы, Геннадий Алексеевич Стрельников, вернулся с фронта на костылях, другой брат, Александр Алексеевич, во время войны работал на заводе. О войне я знаю из скупых рассказов моих близких, складывая их в одну картину…

Мой дед, Алексей Петрович Стрельников, родился в Самаре в 1901 году. На заре советской власти его направили служить в Казахстан. Здесь лихой офицер Красной армии познакомился с моей бабушкой, Таисией Ивановной Шершневой, дочерью Ивана Шершнева (сподвижника и друга Луки Емелева). Вскоре его отправили служить в Персию (Иран), он имел награды и был комиссован из-за ранения в руку. В 1925-м родился старший сын Геннадий, в 1928-м – Александр и в 1930-м – дочь Серафима. Когда началась коллективизация сельского хозяйства, деда направили в колхоз «Знаменский» Семипалатинской области на должность баскармы – председателя. С 1934 по 1938 год он руководил коллективными хозяйствами. Хозяйства процветали.

Война и люди

Алексей Стрельников – баскарма.

Но наступил 1937 год, по Союзу прокатилась волна репрессий. Не обошла она и нашу семью. В хозяйство, которым руководил дед, стали приезжать комиссии, они давали указания уничтожать скот, якобы больной ящуром. Дед спорил с ними, убеждая в том, что скот здоров, показывал записи ветеринара о прививках и его заключения о состоянии скота. Однажды дед достал свой наградной именной пистолет и чуть не перестрелял всю «высокую комиссию». После этого его вызвали в район и, зная горячий характер Алексея Петровича, попросили сдать оружие от греха подальше. Но подобные вещи не прощались. Прошел год. В 1938-м деда арестовали. Тогда не объясняли причины. Но было понятно – вспомнили отчаянную выходку горячего баскармы. После недолгого следствия деда лишили воинских заслуг и отправили отбывать наказание в Архангельскую область. Но об аресте узнал бывший командир, он и добился пересмотра дела. Во время нового следствия деда перевели в Карлаг. Реабилитировали в июне 1941-го. Осталось только восстановить звание и награды.
Хотелось повидать жену и детей, но он пошел в военкомат и стал требовать отправить его на фронт. Его не брали из-за травмированной руки, из-за того, что после реабилитации не были восстановлены офицерские документы. Он был настойчив. Его призвали в рабочий батальон и отправили на мебельную фабрику Караганды. Но дед не привык отсиживаться в тылу – он ходил и ходил в военкомат, пока его не призвали рядовым в действующие войска. На фронте он служил пулеметчиком. 11 марта 1944-го он погиб. Его похоронили в Витебской области. А бабушке пришла похоронка, что «ее муж Алексей Петрович Стрельников геройски погиб в боях за Родину и похоронен в одном километре юго-западнее деревни Ходолово Витебского района Витебской области». Одну фотографию, на которой была вся семья, дед увез с собой на фронт, другую забрали в республиканский музей, где она бесследно исчезла. Мы долго пытались искать могилу деда, но безуспешно. И только два года назад мне удалось выйти на поисковый отряд, работающий в Беларуси. Поисковики сообщили, что останки моего деда перезахоронены там же, в Витебской области, на братской могиле сооружен мемориал с фамилиями советских солдат, павших в борьбе с фашизмом. Есть там и фамилия рядового Стрельникова А.П.

Война и люди

Беларусь. Витебская область. Мемориал солдатам, павшим в борьбе с фашистскими захватчиками.

Когда-нибудь я попаду на могилу деда, чтобы поклониться ему и всем тем, кто похоронен вместе с ним, и сказать спасибо тем, кто помог в поисках…

Война и люди

Геннадий Алексеевич Стрельников, дядя Гена.

В 1943-м восемнадцатилетнего Геннадия призвали в Красную армию и отправили в военное училище Чарджоу. После краткосрочных курсов он получил звание лейтенанта. Командовать пришлось солдатами, которые годились ему в отцы. Форсировал Днепр и Днестр. Он воевал в Болгарии, дошел до Венгрии. Домой вернулся на костылях с ранением обеих ног. До конца жизни раны давали о себе знать. Я помню, как он потирал ноги, сжав до скрипа зубы. Он вез с собой фотографию венгерских девушек, которые ухаживали за ним в госпитале. На обратной стороне была памятная надпись. Но во время проверки на границе надпись тщательно заштриховали. Как рассказывал дядя, там были только имена девушек. О войне говорить не любил. Не любил фотографироваться. Поэтому и остались в архиве лишь несколько снимков дяди с семьей и фото с документов. Лишь иногда вспоминал о тех страшных годах. Дядя Гена рассказывал, что особенно много солдат гибло на переправе – те, кто не умел плавать, погибали сразу, как только плот рассыпался от взрывов. Дядя Гена плавал хорошо.

Война и люди

Фотография на память от венгерских сестер милосердия.

После войны дядя Гена женился, у него родилось двое детей. Он работал в типографии, потом в Государственном архиве. Умер молодым – ему не было и пятидесяти.

Война и люди

Геннадий Алексеевич Стрельников.

Война и люди

Дядя Саня, Александр Алексеевич Стрельников, учился в школе, когда началась война. Ученику шестого класса отличнику Саше сначала предлагали перейти в ФЗУ (школа фабрично-заводского ученичества) добровольно. Моя бабушка не соглашалась. Тогда Сашу лишили хлебных карточек. Но и это семья пережила. Тогда тринадцатилетнего парнишку просто перестали пускать в школу. Он учился в ФЗУ и работал на заводе АЗТМ учеником слесаря. Наказывали учеников так же, как и взрослых, за опоздания, за сон на рабочем месте, за то, что не хватало сил стоять на ящике у станка полную смену, потому что очень уставали и недоедали. Возле завода были бункеры с сахарной свеклой – она давно лежала там и часть уже сгнила. Голод заставил мальчишек взять пять свеколок на всех – хотелось порадовать домашних. Но охрана задержала «воров». Ночь их продержали в КПЗ. Потом был суд. По законам военного времени им присудили по году условно.

Война и люди

Александр Алексеевич Стрельников.

Война и люди

После заводской смены.

…Дядя Саня проработал на заводе всю жизнь. Был токарем-фрезеровщиком высшего разряда. Мог любую деталь сделать с закрытыми глазами. После войны женился, у него родились два сына.

Война и люди

Серафима Стрельникова, мама.

Маме исполнилось 11 лет, когда началась война. Не было света. Не было хлеба. Ушли на фронт отец и брат.

Война и люди

Когда призвали старшего брата, Геннадия, 11-летняя Сима остригла свои роскошные русые кудри и пошла в военкомат – хотела выдать себя за парня, чтобы уйти на фронт. Рядом с домом было фотоателье. Перед отправкой на фронт все знакомые делали фото на память.

Война и люди

Снимались офицеры перед уходом на фронт.

Война и люди

Снимались жены, чтобы их фото были с мужьями на фронте.

Война и люди

Снимались и мальчишки, рвавшиеся на фронт.

Война и люди

С подругами.

На фронт Симу не взяли. Школу №4, в которой она училась, переоборудовали под госпиталь (сейчас там находится роддом №2). Пришлось ходить на учебу в другой конец города. В марлевом платке, с обмороженными руками, она шагала туда и обратно, не пропустив ни одного урока. А после занятий с подругами бежали в госпиталь, который был когда-то их школой, где помогали санитаркам и писали письма раненым, выступали с концертами. От голода и холода мама тяжело заболела – воспалились лимфоузлы. Болезнь в то время лечили только солнечными ваннами в стационаре Института туберкулеза. Там она и решила посвятить свою жизнь медицине, туда вернулась после медучилища. В НИИ (НЦПТ РК) туберкулеза она проработала 58 лет. Мама хорошо пела. Она одной из первых записалась в хор, который был создан в институте после войны.

Война и люди Война и люди

После войны. В хоре художественной самодеятельности Тубинститута.

Война и люди

Сюда, в институт, приходили письма от брата.

Война и люди

В институте получала многочисленные грамоты и поздравления с юбилеями – 30-, 40-, 50-, 60-, 70- и 75-летием.

Война и люди

Научно-исследовательский институт проблем туберкулеза. Поздравление с юбилеем.

Война и люди

Таисия Ивановна Стрельникова, бабушка. На фото в годы работы на телефонной станции.

В военное время работы на станции прибавилось. На руках у бабушки было трое детей. Пришлось по ночам охранять хлебный магазин, кроме этого стирала, убирала у соседей и эвакуированных актеров – словом, подрабатывала везде, где можно. Она вспоминала о том, какое роскошное у нее было приданое – золотые серьги и браслеты, посуда, столовое серебро, скатерти и покрывала, – которое собирала к свадьбе ее бабушка. Какие вещи и драгоценности ее муж привез из Персии, где служил! Все это бабушка обменяла на хлеб на толкучке, которая была рядом с домом, на перекрестке улиц Ташкентской и Джетысуской, на границе двух станиц – Малой и Большой. Вся семья жила в двух небольших комнатках бывшего купеческого дома, которые выделили деду в 1925 году. А когда наступали холода, перебирались в одну, маленькую, чтобы легче было протопить. Топили досками, которые удавалось оторвать от какого-нибудь забора, рискуя быть пойманными. Но не тронули ни одной книги из домашней библиотеки, ни одного стула или шкафа, сделанного руками бабушкиного деда-краснодеревщика, который делал мебель самому губернатору Верного Колпаковскому. С Поволжья в Алма-Ату приехала эвакуированная сестра деда, вернулся с войны бабушкин брат. Закончилась война. С фронта стали возвращаться знакомые и родные. Всем хватило места в крохотной комнатке.

Война и люди

Сестра деда и брат бабушки поженились. Не вернулся только любимый муж Алексей.

Война и люди

Мария Даниловна Лобарева. 1971 год, прабабушка

Глядя на фото этой улыбчивой пожилой женщины, вряд ли кто-то может сказать, что Мария Даниловна Лобарева – тетка моей бабушки, работала в ЧК и была человеком суровым и властным. Мария Даниловна служила в Питерском ЧК. В 1933 году ее командировали в Казахстан. Так как вся множительная техника была на строгом учете и, видимо, ее было не так много в те годы, поэтому перевели Марию вместе с печатной машинкой. А перед самой войной вызвали в Ленинград, для того чтобы дать новое назначение, да и мужа отправили в город на Неве, машинка же осталась у моей бабушки на хранение. Во время блокады Мария Даниловна жила в Ленинграде. В Ленинграде она родила дочь, ребенок умер во время блокады, муж погиб на фронте в самые последние дни войны. По окончании блокады Мария Даниловна вернулась в Алма-Ату в крайней стадии истощения, на пороге дома потеряла сознание. Никого ближе племянницы (моей бабушки) у нее не осталось. И она тоже стала жить в нашем доме.

Война и люди

Во время краткосрочного отпуска мужа в Алма-Ату. 1944 год.

Мария Даниловна все ждала, когда ее руководство потребует вернуть печатную машинку Hammond. И даже письма писала в Ленинград. Но ответа так и не получила. Машинка до сих пор хранится в нашей семье. И кто знает, какие тайны она хранит? Какие приказы печатали на ней?.. После войны Мария Даниловна построила дом в Татарке, командовала там уличным советом. В 1972 году боевая Мария Даниловна скончалась. Машинка осталась у нас. До самой смерти моя бабушка все ждала, когда НКВД (а потом КГБ) придет за имуществом. Много лет машинка стояла в кладовке, тщательно упакованная в одеяло. Стоит и сейчас. Но не потому, что ждет своих прежних хозяев, а потому, что стала частью семьи.

Война и люди

Печатная машинка Hammond – семейный раритет.

Мои родные не любили говорить о войне. Когда я спросила маму, какое самое яркое воспоминание у нее о том времени, то ждала, что она расскажет о голоде и холоде, о тяжелом детстве, а она сказала: «Я пошла к тете Нюсе (сестра маминого отца, работала в столовой Центральной объединенной киностудии художественных фильмов – ЦОКС), а передо мной в очереди стоял актер Михаил Кузнецов. До этого я видела его только на экране черно-белого кино. Он оглянулся, и я удивилась, какие у него синие-синие глаза…

Война и люди

Актер Михаил Кузнецов.

…Сейчас я очень жалею, что не настаивала на том, чтобы услышать их более подробные рассказы. Услышать, как жили, как ждали и встречали с фронта любимых и родных. Чаще, чем военное время, они вспоминали майский день 1945-го, когда незнакомые люди поздравляли друг друга с Великой победой в той страшной войне. И как любили отмечать этот праздник.

Война и люди

После войны.

Каждый год, сколько помню себя, День Победы был самым главным праздником в нашей семье.

Война и люди

Его отмечали на работе.

Война и люди Война и люди

Отмечали всей большой семьей, где было много детей, которые с первых дней жизни знали, что есть такой праздник – День Победы.

Война и люди

Дети тоже отмечали великий праздник.

И много лет назад, и до сих пор я и мои родные часто бываем у Вечного огня. И неважно, свадьба это или почетный караул, приезд гостей или рабочая встреча, зима или лето.

Война и люди Война и люди Война и люди Война и люди Война и люди

Теперь эта традиция перешла к следующему поколению нашей семьи. Мы вместе с дочерью ходим к Вечному огню и мемориалу на кладбище.

Война и люди

Мне кажется, я помню ту войну. Я помню израненные ноги одного дяди, металл, въевшийся в руки другого. Я помню руки бабушки со жгутами вен и вспухшими суставами – наверное, красивые когда-то, когда их украшали золотые браслеты и кольца, когда она была счастлива с моим дедом. Их счастье было таким недолгим… Их жизнь поломала война.

Фото из семейного архива автора.

Когда деревья были большими

Рожденная в "золотом квадрате"

Мечта акына

Любовь земная

История любви и сирени

Ночная ведьма Хиуаз Доспанова

Поделись
Татьяна Гуржий
Татьяна Гуржий
КОММЕНТАРИИ ()
Осталось символов: 1000